против Пиратов — стр. 16

  Через минуту Мэйсен Стирлинг и Мэри Дэнтон были наверху. Первое, что пришло им в голову, было попросить у своих недавних врагов пощады. Ведь своими действиями они заслужили не один год лишения свободы.

-   Мы бы хотели, - начал, запинаясь, Мэйсен Стирлинг, - просить вас об одном одолжении...

-   Вы смеете у нас просить? - подскочил на месте от возмущения Леонардо.

-   О чем, о чем? Что-то я не расслышал? - с издевкой переспросил Микеланджело.

  Такой реакции Мэйсен Стирлинг, конечно, не ожидал, а потому ему пришлось как-то по-другому формулировать свою мысль.

-   Ну... я бы, то есть, мы... могли бы с вами...

-   Мы с вами?! - не удержался Рафаэль. - Мы с вами! Какая наглость! Так я правильно понял: мы с вами?

  Черепашки не давали Мэйсену Стирлингу дого­ворить. Каждая фраза их раздражала, поэтому поговорить с ними решила Мэри Дэнтон.

-   Видите ли, - начала она.

-   Что мы должны, по-вашему, видеть? - цепляясь за слова, вставил Донателло.

-   Мы можем договориться, - без смущения про­изнесла женщина.

-   О чем это? - недоумевал Стефен Уэбер. - В отличие от вас, мы честны и порядочны, а потому никаких общих дел у нас быть не может.

-   Но вы даже не дали мне сказать, а любой, как вы говорите, нечестный и непорядочный, я бы сказала проще, преступник, имеет право на последнее слово, - с упреком высказалась Мэри Дэнтон.

-   Учтите, что мы не в зале суда, - предупредил Донателло.

-   Тем лучше, - отозвалась женщина, ­надеюсь, до суда дел не дойдет.

-   Напрасно вы так думаете, - с ухмылкой за­метил Микеланджело. - Уж кто-кто, а я вас туда доставлю, можете не сомневаться.

  Мэри Дэнтон растерянно оглядела присутству­ющих.

-   Я заплачу, сколько скажете, столько и дам, ничего не пожалею, только отпустите с миром, ­взмолилась она.

-   Ай, как жалко, - скривился Микеланджело, ­- ой, сейчас слезу пущу.

-   Шутки здесь неуместны, - вступился Мэйсен Стирлинг. - Мы бы хотели распутать этот клубок сами, без чьего бы то ни было вмешательства.

-   Вы играли не по правилам с самого начала, ­- произнес Стефен Уэбер, - поэтому никаких сделок с вами мы заключать не будем.

  Немного успокоившись, Микеланджело сменил тон:

-   А сколько дадите денег, если не секрет?

-   Сколько захотите, - пожала плечами Мэри Дэнтон.

-   О! Да откуда же у вас возьмется их столько! ­- воскликнул Микеланджело, сдерживая смех.

-   А что, если запросить у вас, Мэри Дэнтон, ваш корабль, было бы неплохо? - подыгрывал Микеланджело Рафаэль.

  Черепашки засмеялись.

-   А что! «Хищник» отныне будет принадлежать нам, - победным голосом заявил Леонардо.

-   Только не это! - не удержалась женщина. - ­Я все же капитан!

-   А мы выберем своего капитана, - возразил ей Микеланджело. - Вон Леонардо отлично справ­ляется с управлением, так что на этот счет вы не беспокойтесь.

  Вдруг на горизонте показалась маленькая черная точка, которая стремительно стала увеличиваться в размерах, и вскоре уже можно было распознать в ней легковую машину, которая мчалась по пыльной дороге прямо к ним.

-   Кого это еще принесло? - недовольно бросила Мэри Дэнтон.

  Машина остановилась. Открылась дверца - и из нее вышел Али.

-   Мы вас ищем повсюду, - засуетился он, - а вы здесь, оказывается. Как вы тут очутились?

-   Из-под земли вылезли, точно покойники с того света, - пошутил Микеланджело.

-   А если честно?

  Стефен Уэбер подвел Али к отверстию в земле.

-   Вот так мы здесь и оказались.

  Али осмотрел отверстие, затем крикнул. Слабое эхо понеслось по туннелю, но сразу же растворилось.

-   Там Каменный город? - спросил он.

-   Не уверен, что от него что-либо осталось, - заметил ученый. - Каменный город действительно существовал, но случилось страшное землетрясение и, боюсь, он полностью разрушен.

-   Вы сожалеете о случившемся? - поинте­ресовался Али.

  Стефен Уэбер задумался.

-   Понимаете, - стал объяснять он после минутной паузы, - Каменный город населяли самые настоящие религиозные фанатики, но, исходя из чисто человеческих соображений, мне их жаль, они же люди.

-   Люди, - вздохнул Али, а затем добавил: ­- Ну, что, поедем в Стамбул?

Глава 18. Суд

  Часы на высокой башне судебной палаты в Стамбуле били полдень.

  Это были замечательные часы: они не только отбивали каждый час, как всякие другие башенные часы, но еще каждые четверть часа играли прелестные вальсы и польки, развлекая прохожих.

  В этот день вся площадь и прилегающие к ней улицы до такой степени были переполнены людьми, что всякое движение по ним прекратилось; но пригородные автобусы продолжали подвозить все новых и новых любопытствующих граждан, которые заполнили не только зал суда, но и все здание и даже небольшой двор его.

  Как можно уже догадаться, все эти люди пришли послушать интереснейший процесс над Мэйсеном Стирлингом и его сообщницей Мэри Дэнтон, жителями Америки.

  Представителям прессы было заявлено, чтобы каждый час заседания находил свое освещение на страницах газет и в телевизионных новостях. Поэтому людей с микрофонами в руках и фото­камерами было здесь предостаточно.

  Мэри Дэнтон все еще не могла поверить тому, что она оказалась в наручниках и вскоре предстанет перед судом. Она уже больше не посылала упреки и обвинения в адрес Мэйсена Стирлинга, так как не только думать о нем, но и видеть его не могла. Благо, что до того, как их привезли в здание суда, они находились в разных камерах.

  Всю ночь перед судом Мэйсен Стирлинг провел в раздумьях. Он нисколько не сожалел о случившемся, напротив, он теперь находился в приподнятом состоянии духа, ведь у него появился реальный шанс стать известным на весь мир. А какая это будет слава: та, что приходит вследствие какого-либо открытия, или же скандальная, ему уже было все равно.

  В то же время черепашкам-ниндзя, как участникам всех событий, пришлось тоже продумать, что они будут говорить по поводу этого дела.

  Стефен Уэбер за ночь заготовил себе несколько тезисов и записал их в блокнот, чтобы в случае не­обходимости воспользоваться ими в своем выступлении.

  Что же касается Эйприл, здесь все было значительно труднее. Во-первых, она не помнила многих событий, связанных с ней, а также не контролировала своих действий, находясь сначала под воздействием травяного напитка, а затем во власти злого духа, вселившегося в нее, а, следовательно, не могла отвечать за совершенное ею. Хотя, если разобраться, она не сделала ничего такого, в чем ее можно было бы обвинить.

  Ее несколько раз консультировал врач, так как она была не уверена, кем же она является в настоящий момент, и нет ли каких-либо факторов, влияющих на нее. По этому поводу была проведена медицинская экспертиза и результаты ее оказались неутешительными относительно ее психологическо­го состояния.

-   Бедная девушка, - в одной из бесед с чере­пашками-ниндзя, которая проходила накануне судебного разбирательства, произнес Стефен Уэбер.

-   Да-а, - протянул Микеланджело. - Ей, как никому из нас, пришлось так много пережить.

-   О таком ни в одной книге не прочтешь, - ­подхватил Леонардо, - человеческий ум не способен, мне кажется, додуматься до такого.

-   Вот только не надо о книгах, - сразу же перевел разговор на другую тему Микеланджело, - в книгах есть все, что только душе угодно. Если бы ты читал их, хотя бы в том объеме, в котором это делаю я, ты бы поменял свое мнение. Мне порой кажется, что некоторые мысли, которые закладывают в свои произведения авторы, со временем материализуются... Где-то, что-то подобное на нашу историю, я уже читал и слышал...

  Микеланджело задумался.

-   Это тебе все во сне приснилось, - подшутил над ним Леонардо.

-   В каком сне? - с возмущением переспросил тот. - Я вообще сны редко вижу, зато книг много читаю.

-   Нельзя же читать все подряд, - заметил Стефен Уэбер, - чтение должно быть выборочным и целенаправленным.

-   А он увлекается книгами авторов с больным воображением, - произнес с подколкой Леонардо. ­Оттого и его воображение того...

-   Что это значит, того? - не удержался Микеланджело. - Ты забыл, что благодаря тому самому воображению я помог расшифровать текст заклинания?

  Стефен Уэбер поспешил отвлечь черепашек, видя, как между ними назревает ссора.

-   У Микеланджело действительно с воображением все в полном порядке, - сказал он, - он даже заслуживает того, чтобы его похвалили, ведь все мы, по сути дела, обязаны ему.

  Леонардо опустил голову, стыдясь своих прежних нападок на Микеланджело.

-   А теперь поговорим о главном, - этим заме­чанием Стефен Уэбер обратил на себя внимание черепашек-ниндзя. Они направили на него вопросительные взгляды. Тот сразу же продолжил: - О том, что вы будете говорить на суде. Я сожалею, но должен сделать вам существенное замечание ­вы постоянно задеваете друг друга, и, случается, не всегда одинаково передаете одни и те же события.

-   Что же в этом удивительного?! - недоумевая, воскликнул Леонардо. - Мы же все разные, вот и мнения у нас тоже разные.

-   Мнения остаются мнениями, - выговорил ученый, - они и должны быть у каждого свои. Но я о другом... О фактах. В вашем изложении все вы должны будете говорить их одинаково, иначе судья подумает, что вы ему голову моро­чите... Забудьте на время о своих амбициях, а подумайте лучше о том, что мы должны быть теперь едины. От наших показаний многое будет зависеть, это, надеюсь, вам ясно?

  Черепашки следили за ходом мыслей Стефена Уэбера. Многое, что он сказал им сейчас, было правдой, ведь каждый из них, зачастую, просто выпендривался друг перед другом, тем самым якобы проявляя свою индивидуальность. Поэтому их разговоры иногда заканчивались ссорами, если, конечно, не находился кто-нибудь, кто был бы способен уступить.

  Другое дело, когда речь шла не о каких-либо сра­жениях словесных, а о самых настоящих. Тогда черепашки-ниндзя думали не только о себе, но и о своих друзьях, поддерживая один одного в трудную минуту.

  За несколько мгновений до открытия заседания старший секретарь суда с озабоченным видом взошел на возвышение, предназначенное для судей, чтобы убедиться, все ли в порядке, и по обыкновению стал распекать своего помощника за недосмотр.

  В тот момент, когда часы на здании суда пробили час, двери в зале заседания раскрылись, и помещение, предоставленное для публики, было взято приступом в ту же минуту, ведь процесс обещал быть интересным.

  Почти одновременно с этим судья занял предсе­дательское кресло.

  После обычных формальностей было сообщено о стоящем на сегодняшний день деле:

-   Дело о мировом перевороте и о захвате власти. Жители земной цивилизации против Мэйсена Стирлинга и его сообщницы Мэри Дэнтон.

  Двое обвиняемых тотчас же вошли и заняли свои места на скамье подсудимых; с ними вошел и их адвокат.

-   Итак, - начал председатель, - признаете ли вы, Мэйсен Стирлинг и Мэри Дэнтон, себя виновными или нет?

-   Нет, судья! - отозвались разом двое обвиняемых.

-   Так-так, ну, а теперь, - продолжил пред­седатель, обращаясь к адвокату обвинителей, - не будете ли вы добры изложить обстоятельства вашего дела?

  Поскольку обвинителем в этом процессе выступал Али, то сразу же после просьбы председателя с места поднялся его адвокат.

-   Как уже здесь упоминалось, - начал он, ­- сегодня мы рассматриваем необычное дело: дело о мировом перевороте и о захвате власти. Сейчас я немного расскажу вам о Каменном городе, о существовании которого до недавнего времени не упоминал. Этот город был не только городом в прямом смысле этого слова, а это еще к тому же было целое государство, во главе которого стоял Король.

-   Почему же его нет с нами на скамье подсудимых? - не удержался Мэйсен Стирлинг.

-   Прошу внимания и тишины, - пресек пред­седатель. - Вам, Мэйсен Стирлинг, еще дадут слово, - ­а затем он повернул голову к обвинителю. ­Продолжайте.

-   Так вот, этот Король в течение нескольких тысячелетий...

  В зале суда зашумели.

-   Нескольких тысячелетий? - послышалось из зала.

-   ...да, я повторяю, нескольких тысячелетий, находясь в полном здравии, насаждал людям своего государства идею о мировом господстве. Он говорил, что его народ занимает не то положение, которое должен был занимать. Он готовился к перевороту, призвав на помощь Мэйсена Стирлинга и Мэри Дэнтон, то есть, тех, кого мы сейчас видим на скамье подсудимых.

-   Мэйсен Стирлинг, откуда ты взялся? - кто-то выкрикнул из зала.

-   Об этом мы поговорим чуть позже, - заметил обвинитель. - Они стали пособниками Короля, пообещав привезти «невинную жертву». Поскольку, сами понимаете, добровольно быть невинной жертвой согласится далеко не каждый, эти люди насильно захватили Эйприл, телерепортера 6 Канала, с ней мы поговорим чуть позже. Опоив ее травяным напитком, они насильно держали ее в гостиничном номере, чтобы передать Королю Каменного города.

-   Но мы не собирались ее убивать! - крикнул Мэйсен Стирлинг.

-   Зато ее убил бы сам Король, чтобы окропить священный Каинов нож кровью и тем самым начать новую эру в истории человечества. Вот, собственно, и все.

  Обвинитель сел, а судья обратился к Мэйсену Стирлингу:

-   Согласны ли вы с таким обвинением?

-   Нет, не согласен, - ответил тот.

-   С чем конкретно вы не согласны? - уточнил председатель.

-   Король попросил меня привезти «невинную жертву», что я и сделал. Разве я знал, что ее хотят убить? - старался оправдаться подсудимый.

-   А разве сам термин «невинная жертва» не говорил вам о том, что человека должны были насильно лишить жизни?

-   Я об этом как-то не подумал, - Мэйсен Стирлинг потупил взгляд.

-   Знали ли вы о планах Короля? - последовал новый вопрос от председателя.

-   Точно, не-ет, - он покачал головой.

-   А что вам было обещано за «невинную жертву»?

-   Ну уж во всяком случае не деньги.

-   Тогда что?

-   М-м... - Мэйсен Стирлинг не знал, что ответить, ведь правду сказать он не мог.

-   Вы даете себе отчет в том, что, если бы план Короля удался, пострадало бы все человечество? ­приподнимаясь с места, спросил председатель. ­- Сколько бы жизней пострадало! Вы об этом подумали?

  Мэйсен Стирлинг пожал плечами.

-   Вы думали о своей жизни, а, интересно, какой вы себе ее представляли, если бы Король все же пришел к власти?

  Подсудимый молчал.

-   Вы молчите, хотя вам есть что сказать, - не сдавался председатель, - со временем вы рассчитывали стать Королем земной цивилизации? А?.. Что вы скажете суду по поводу ваших действий относительно Эйприл?

  Было видно, что председатель с трудом себя сдер­живает, находясь в состоянии крайнего возбуждения. По идее, он должен был относиться беспристрастно к обвиняемым, но в этом случае речь шла о страшной катастрофе, которая могла бы произойти, тогда бы и его жизнь оказалась в опасности.

-   Да, я признаю, что помимо ее воли я держал ее в гостиничном номере, но она же осталась жива и здорова, как можете вы сами убедиться.

  Мэйсен Стирлинг указал на девушку. Эйприл вместе со своими друзьями находилась в зале суда. Рядом с ней сидел Стефен Уэбер.

-   Ну, на счет того, что она здорова, ­- председатель запнулся, - медицинская экспертиза говорит обратное, а жива, слава Всевышнему, она только потому, что черепашки-ниндзя и ученый Стефен Уэбер помешали вам это сделать.

  Бледную Эйприл подвели к судье. Он с пониманием осмотрел девушку и, чтобы не расстроить ее, задал один единственный вопрос:

-   Как вы себя чувствуете?

-   Благодарю, теперь уже лучше. Этот человек убийца, я в этом даже не сомневаюсь, потому...

-   Кого же я убил? - набросился на нее с вопросом Мэйсен Стирлинг.

-   …он нанял пиратов, чтобы те убили чере­пашек...

-   Но их же не убили тоже! - нервничал подсу­димый.

-   По счастливой случайности, - заметила Эйприл, - потому что мне удалось освободиться самой из веревок, которыми меня связали и освободить моих друзей... Поверьте, Мэйсена Стирлинга нельзя назвать исполнителем убийств, он их планировал, что гораздо хуже.

  Девушка медленно пошла к выходу. Ей больше не хотелось слышать голос этого человека, который принес ей столько страданий не только моральных, но и физических.

  Посовещавшись, черепашки-ниндзя решили, что Рафаэль должен пойти и присмотреть за ней, чтобы в случае чего она не была одна и не чувствовала себя покинутой и одинокой.

  Но вернемся в зал суда, так как судебное разбира­тельство продолжалось.

  Присутствующие узнали со слов Стефена Уэбера, который взял слово у председателя, что черепашки-­ниндзя отправились в Турцию, чтобы предотвратить зло. Они плыли на одном корабле с подсудимым, где подверглись насилию со стороны наемных убийц.

-   Чуть раньше, еще до того, как мы сели на корабль, Мэйсен Стирлинг спланировал еще одно убийство гражданина вашей страны, который искал со мной встречи, - заявил он.

-   Чушь! - воскликнул Мэйсен Стирлинг. - У вас на то нет никаких доказательств.

-   Да, - согласился ученый, - доказательств у нас действительно нет, но Король сам лично рассказал нам об этом, сам того не подозревая, что вы­даст вас.

-   Убийца! Убийца! - вырвались злобные крики в адрес подсудимого из зала.

  Председатель попросил тишины, после чего об­ратился к адвокату подсудимого:

-   Вы намерены что-либо сообщить суду?

-   Да.

-   Тогда прошу.

  Адвокат обвел глазами людей, собравшихся в зале суда, затем посмотрел на Мэйсена Стирлинга, который с надеждой во взгляде уставился на него, после чего сделал небольшое вступление:

-   Вы знаете, как нелегко быть адвокатом, ведь его роль в судебном процессе велика, тем более, когда дело касается такого человека, как Мэйсен Стирлинг. Он не кажется мне убийцей, нет. Напротив, этого человека втянули во всю эту нелепую историю, думаю, посулив ему какую-то перспективу, которую он не имел в реальной жизни.

  Адвокат Мэйсена Стирлинга приехал на процесс из Америки. Он знал его еще раньше, а потому был намерен выставить напоказ все лучшие стороны подсудимого. Его маленькие глазки следили за реакцией зала: если вдруг после его слов поднимался легкий шумок, он продолжал свое выступление, если же он видел на лицах людей растущее возмущение, он сразу же перескакивал на другую тему. Он умело готовил зал и председателя к тому, чтобы доказать, что Мэйсен Стирлинг не вполне нормальный человек.

  Он попросил разрешения председателя задать не­сколько вопросов Стефену Уэберу. Тот кивнул в знак согласия.

-   Как давно вы знакомы с Мэйсеном Стир­лингом?

-   Точно не помню, но давно. Мы вместе работаем, правда, работаем по-разному и исследуем разные проблемы, - ответил ученый.

-   Как вы можете охарактеризовать подсудимого за тот период, который был до этого момента?

-   Вы имеете в виду до момента, когда мы оказались в зале суда? - уточнил Стефен Уэбер.

-   Нет, меня интересует все, что было до вашей поездки.

-   Что можно сказать, - задумался на минуту уче­ный, - он хотел сделать себе научную карьеру. Но у него ничего не получилось, потому что для этого...

-   Не надо потому что, - остановил его адвокат. - ­Что еще, кроме того, что в жизни ему не везло.

-   Да он особенно и не старался в жизни, так, плыл себе по течению, надеясь, что кто-то что-то сделает за него, - сказала Стефен Уэбер. - А вот уже на корабле...

-   Нам не надо про корабль, - снова прервал его адвокат.

-   Как это не надо? Ведь именно тогда-то я и узнал Мэйсена Стирлинга и понял, чем же дышит этот человек! - вскипел вдруг ученый.

  Не в интересах подсудимого были показания Сте­фена Уэбера относительно их пребывания на корабле. Поэтому адвокат изо всех сил старался направить разговор в другое русло.

-   Так вы говорите, - как бы невзначай, чтобы продолжить свою мысль, спросил адвокат, - что у Мэйсена Стирлинга не было людей, которые помогли бы ему удачно устроиться в жизни?

-   Что вы хотите этим сказать? Вы думаете, что в науке можно занять свое место только благодаря нужным людям со связями?! Так? Я вас правильно понял? - с возмущением перешел в наступление ученый.