на Острове Чудовищ — стр. 17

— Лови! — крикнул он.

Крэб издал нечленораздельный вопль. Пилсберг озадаченно почесал лысину, не понимая, отчего со­режиссёр так переживает. Шредер выхватил из но­жен кинжалы и бросился к клоуну.

— Две головы тебе не идут! — прорычал галактический ры­царь. — Пусть не останется ни одной!

Однако между ним и кло­уном стоял Пилсберг. Шредер замешкался, отталкивая кино­режиссёра. Воспользовавшись заминкой, Бим-Бом переку­выркнулся через подоконник и упал во двор.

Крэб не смотрел на него. Его внимание всецело было захва­чено траекторией полёта золо­того жезла. Бим-Бом кинул ак­кумулятор психоэнергии не­достаточно сильно. Жезл летел не к Микеландже­ло, а в самую гущу ги­ен. В душе злобного Крэба зародилась надежда, что золотой жезл ещё можно вернуть. И борьба ещё не проиграна окон­чательно!

Но Крэб не учёл одного непредвиденного факто­ра. Он не знал, что Солли свободна. Он не видел её, парящую над двором. Зато она прекрасно видела, как открылся иллюминатор капи­танской рубки корабля-крепос- ти, как в проёме показалась ненавистная рожа Крэба и его подручных, как оттуда внезап­но вылетел золотой жезл, а за­тем выпал и её отец. Как и Крэб, Солли мгновенно поня­ла, что золотой жезл не доле­тит до Микеланджело и упадёт в гуще гиен. Чтобы помешать этому, она резко спланировала вниз и подхватила аккумуля­тор психоэнергии у самой зем­ли. Какая-та гиена чуть не откусила ей руку, но че­рез секунду девушка взмыла вверх, а затем спикировала к отцу, который как раз поднимался с земли.

Увидев это, Крэб издал ещё один нечленораз­дельный вопль, а затем впал в полную прострацию и бесцельно уставился в пустоту. У Шредера, кото­рый понял, что могуществу хозяина пришёл ко­нец, что надежды на мировое господство обратились в прах, из рук выпали кинжалы. Опять во всём оказа­лись виноваты эти мерзкие рептилии!.. Пилсберг, который этого не понял, удовлетворённо подумал, что, пожалуй, хозяин «Межгалактического шоу» больше не будет навязываться к нему в сорежиссёры...

Поднявшись на ноги, Бим-Бом с ужасом увидел, что к нему спешат две гиены. Од­на из них размахивала рукой с зажатой в ней дубинкой, другая вожделенно щёлкала клыками. Но Солли опереди­ла хищников. Спикировав с высоты, она кинула жезл прямо в руки Бим-Бому и крикнула:

— Только ты, отец, умеешь правильно пользо­ваться этим оружием.

— Я надеюсь, — пробормотал Бим.

— Надежда умрёт вместе с нами, — согласился с ним Бом.

Гиены находились уже совсем близко. Двухголо­вый клоун направил на них остриё жез­ла, мечтая о том, чтобы эти твари не приставали к нему. В тот же миг из острия жезла блеснул ост­рый луч. Луч коснулся гиен, и те, подброшенные невидимой силой, отлетели на добрый де­сяток футов.

— Действует! — захлопала в ладоши Солли, наблюдая за отцом сверху. — Теперь верни свой прежний облик и помоги нашим друзьям! Прошу тебя, поторопись!

Бим-Бом направил жезл на себя, и это был последний по­ступок двухголового клоуна. Вспыхнула яркая вспышка, которая на время ослепи­ла всех во дворе. Гиены и носороги, ничего не видя, завертелись на месте. Схватка прервалась.

Солли, потеряв ориентацию, упала вниз. Но у самой земли её подхватили сильные руки. От­крыв глаза, девушка увидела широкое улыбающе­еся лицо человека с всклокоченными чёрными во­лосами и широкой плешью на голове.

— Папа? Это ты? — восхитилась она.

— С возвращением, доченька, — поцеловал он Солли в щёку. — Я стал самим собой. Нам всем по­ра становиться самими собой.

Он помог дочери стать на но­ги, а затем подбежал к Мике­ланджело и кроликам, к кото­рым тоже начало возвращаться зрение.

— А вы кто такой? — уди­вился Микеланджело, проти­рая глаза.

— Профессор Клос, к твоим услугам, — представился чело­век. — Я смотрю, у твоих дру­зей не очень представитель­ный вид. Сейчас мы это ис­правим.

Он направил жезл на трёх кроликов, которые через мгновение стали прежними Донателло, Леонардо и Рафаэлем. Первое, что сделали чере­пашки-ниндзя — похватали своё оружие и приго­товились к бою.

Когда к хищникам вернулось зрение, они с изум­лением обнаружили, что вместо одного черепашки- ниндзя с ними готовы сразиться уже чет­веро. Динозавр Зуко и бронтозавр Гурд значительно приободрились. Появление профессора, которо­го всегда очень любили, они оз­наменовали дружным рыком.

— В атаку, парни! — закри­чал Леонардо, поднял меч над головой.

— Нет! — предупредительно поднял руку с жезлом Клос. — Достаточно войны! Пришло вре­мя для мира! Сила моего жезла такова, что отражает волю его обладателя. Энергия зла рано или поздно исчерпывается. Но энергия добра в моём аккуму­ляторе неисчерпаема. Поэто­му сила золотого жезла — в нас самих!

Наконечник золо­того жезла вновь ослепительно засверкал. И хищ­ники вновь попадали на землю, сражённые чудес­ной энергией. А когда, через минуту, гиены и но­сороги поднялись на ноги, это уже были не преж­ние хищники. Это были добродушные ручные звери из шоу профессора Клоса...

Так было выиграно сражение со злоб­ным Крэбом. Так в очередной раз че­репашки-ниндзя спасли будущее всего человечества.

В ту минуту, когда гиены и носороги кинулись обнимать черепашек-ниндзя, бронтозав­ра и динозавра, которыми за пять минут до того собирались пообедать, Крэб, Шредер и Пилсберг поняли, что борьба проиграна. Потерянно глядя друг на друга, они сидели в капитанской рубке, не по­мышляя о сопротивлении, не рассчитывая на милость побе­дителя.

Вскоре гиены взломали дверь рубки и молча вы­волокли всех троих в коридор. Они увиде­ли направлявшегося к пульту управления про­фессора Клоса и его дочь Солли. У Солли уже не было за спиной крыльев, которые ей некогда им­плантировал Крэб. От страха у Крэба и Шредера отказали ноги. Гиены вынуждены были поддер­живать их под руки. Пилсберг завопил, обраща­ясь к Клосу:

— То, что я увидел, потрясло ме­ня! Об этом можно снять гранди­озный фильм...

Не обращая на него внима­ния, Клос махнул рукой гие­нам и приказал:

— Выкиньте их с борта мое­го корабля. Пусть остаются на острове. В ближайшие пятьде­сят лет им будет о чём пораз­мыслить на досуге.

Услышав свой приговор, Крэб, Шредер и Пилсберг завопили от ужаса. Профессор и Солли даже головы не повернули в их сторону и прошли в рубку.

Выкинутые во двор, Крэб, Шредер и Пил­сберг с напрасной на- деждои следили за тем, как космическии ко­рабль из декоративной крепости трансформиру­ется в свою прежнюю структуру. Все звери «Межгалактического шоу» быстро погрузились. Дольше всего заталкивали обратно динозавра Зу- ко. Зуко оказался слишком объёмным для дверей служебного отсека. Наконец и его по­грузили.

На Крэба, Шредера и Пилсбер- га никто не обращал внима­ния, словно их уже не сущест­вовало. Но когда двери летаю­щего аппарата автоматически закрылись, и корабль начал набирать высоту, эта троица поняла, что больше она не су­ществует и для всего мира.

Впервые в жизни все трое рас­плакались слезами искреннего раскаяния...

В течение двух часов профес­сор Клос быстро исправил всё то, что накануне натворил Крэб. Усыпив съёмочную группу и роту солдат, он прилетел в Калифор­нию и с помощью ав­томатических приспособлений вернул всех людей туда, откуда они были взяты. Солдаты проснулись на плацу своей воинской части, а члены съёмочной группы — у павильона киностудии «Парамаунт». Всё прошедшее каждому из них показалось бредо­вым сонным видением...

К черепашкам-ниндзя профессор Клос обратился с особым предложением. Вызвав их к себе в кабинет, он попросил их сесть, угостил крепко заваренным кофе и ска­зал:

— Я многим обязан вам, джентльмены. Я считаю себя вашим вечным должником. Я знаю также, что этот по­двиг вы совершили безвозме­здно. Мысль о вознагражде­нии покажется вам оскорби­тельной.

— Вы совершенно правы, профессор, — выразил общее мнение Леонардо.

— Однако я знаю, как могу вас отблагода­рить, — с улыбкой про­должал Клос. — Хочу напомнить, что ваши контракты, подписан­ные с распорядителем «Межгалактического шоу», остаются в силе. И я, как новый менед­жер, вправе установить вам такой гонорар, ко­торый даже Майклу Джексону покажется астро­номическим. Я предлагаю вам совершить турне по Галактике. Небольшое, всего на полгода. А через полгода я высажу вас в Нью-Йорке. И у вас не бу­дет повода пожаловаться на мою скупость. Я хотел бы знать ваше мнение, джентль­мены.

Первым высказался Леонар­до:

— Я согласен. Хочу купить себе комплекты новых ком­пьютерных игр. Так что деньги мне отнюдь не помешают.

— Я тоже согласен, — за­явил Донателло, — мне хоте­лось бы посмотреть, как живут на других планетах. Я обо­жаю путешествовать.

— А мне приятно ещё побыть в компании Зу- ко, Гурда и Солли, — сказал Рафаэль. — Так что полечу с вами, куда угодно.

Мнения Микеланджело никто не спрашивал. Его взгляд, брошенный в сторону Солли, был оче­виднее всяких слов. За ней он готов был последо­вать даже в Чёрную Дыру!

По системе спутниковой связи чере- пашки-ниндзя предупредили учите­ля Сплинтера о том, что вернутся не раньше, чем через полгода.

Позвонили они и в офис Эй­прил О’Нил и сказали, что че­рез полгода поведают ей потря­сающую историю.

А спустя всего неделю че­репашки-ниндзя имели по­трясающий успех у публики.

Они выступали на планете Илос. В их номере был задей­ствован и динозавр Зуко, ко­торый балансировал задней лапой на шаре. На другой его лапе восседал Донателло, на голове — Микеландже­ло, а на хвосте — Лео­нардо.

Черепашки-ниндзя жонглировали, исполняли гимнастические трюки, пели и танцевали с таким изяществом, что посети­тели цирка аплодировали им без перерыва два часа кряду. Но даже такой успех не заставил возгор­диться черепашек и возомнить себя невесть каки­ми «звёздами». Они всегда помнили, что при лю­бых обстоятельствах останутся теми, кто они есть — борцами за справедливость, рыцарями доб­ра — Леонардо, Донателло, Рафаэлем и Микеланд­жело.