против Тренидатов — стр. 9

-   Не знаю, - сомневался лейтенант. - Но что тут правда, а что нет позвольте мне судить самому. Так, ладно, мне пора. А что за просьба у вас была ко мне?

  В это время в дверь постучали.

-   Войдите, - сказал лейтенант.

  Дверь распахнулась, и на пороге появился старый знакомый черепашек, охранник Ник Кортези.

-   Лейтенант, - начал он, но потом заметил черепашек и Эйприл. - О, старые знакомые?!

-   Вы знакомы? - удивился лейтенант.

-   О, лейтенант, - начал Кортези. - Это легендарные ребята. Вы, наверное, еще в школу бегали, когда эти ребята спасли меня и моего напарника, а также жизнь вашему отцу, и помогли задержать особо опасных преступников, которые пытались ограбить банк. И тогда тоже они были с мисс Эйприл О'Нил. Здравствуйте, мисс. Вы меня помните?

-   Конечно, Ник, - улыбнулась Эйприл и поздо­ровалась с охранником за руку.

-   Говорите, Ник, геройские ребята? - внима­тельно посмотрел на черепашек лейтенант.

-   О, они все достойны знака «Отличный поли­цейский», - восторженно отозвался Ник Кортези.

-   И что у вас за просьба, ребята? - поинтере­совался лейтенант.

-   Вы должны позволить нам понаблюдать за картиной, - сказал Донателло.

-   Ого-о, - протяжно произнес лейтенант.­ - Даже так!

-   Да, - настойчиво повторил Донателло.

-   И за чем вам это? - спросил лейтенант.

-   Вы же не верите в нечистую силу, - тихонько ответил Рафаэль. - Вот мы вам и поможем разузнать, кто это был на самом деле.

-   И каким это образом? - передразнил его лей­тенант, произнеся свои слова тоже полушепотом.

-   А вот вы разрешите, тогда и увидите, - ­хитро прищурился Донателло.

-   Ну что, Ник, разрешим этим следопытам понаблюдать за картиной? - спросил лейтенант.

  Вместо ответа Ник Кортези только рассмеялся, что говорило о его согласии с лейтенантом.

-   Ладно, наблюдайте, - согласился лейтенант, а потом повернулся к Нику. - Они уже приехали?

-   Да, - коротко ответил тот.

-   Ник вас проводит, - бросил на ходу лейтенант. - Спасибо за помощь, мисс О'Нил.

-   Рада была помочь, лейтенант, - ответила Эйприл.

-   Ник, - наклонился и шепнул на ухо охраннику Донателло. - Ты уже второй раз нам помогаешь. Спасибо тебе.

-   Да что вы, ребята, - ответил тот. - Я думаю, что вы сделали бы то же самое.

-   Эйприл, - обратились черепашки к девуш­ке. - Мы остаемся. Не забывай навещать нас.

-   Я тоже что-то придумала, - подмигнула черепашкам Эйприл. - Я привезу вам вечером кинокамеру, мы установим ее напротив картины. Вы сможете заснять на пленку все, что угодно.

-   Заранее огромное спасибо, Эйприл, - побла­годарил Леонардо.

-   А теперь я спешу, - сказала девушка, посмо­трев на часы. - Пока, ребята.

-   Пока Эйприл, - ответили черепашки.

  И они направились с Ником Кортези, а Эйприл побежала к машине.

  Черепашки поднялись на второй этаж и пошли к тому месту, где висела картина в тот день, когда ее пытались похитить Шредер и его помощники Хряк и Гнюс. Они подошли ближе и заметили, что картина несколько потускнела, но при Нике никто ничего не сказал. Черепашки молчали не потому, что не доверяли старому охраннику, а по­тому, что считали лишним посвящать его в свои проблемы. Да Ник, наверное, и сам понял, что черепашки стесняются при нем говорить.

-   Ладно, ребята, - сказал он. - Оставайтесь здесь, а мне нужно по службе. Если что, разыщите. Пока, встретимся немного позже.

  И он ушел, оставив черепашек одних.

-   Вы заметили? - тихо сказал Рафаэль, стре­ляя глазами вокруг.

-   Что она потемнела? - спросил Донателло.

-   Значит, ты тоже это заметил, - обрадовался Рафаэль.

-   А что, если это просто при ярком свете такой эффект? - спросил Леонардо. - Мы же видели ее в темноте.

-   Не думаю, - не согласился Рафаэль. - Здесь что-то не то. Обязательно нужно будет сказать об этом учителю Сплинтеру.

  До конца дня черепашки просидели в музее, несколько в стороне от картины, чтобы не мешать сновавшим полицейским.

  В шесть часов вечера все работы в музее пре­кратились, и охрана закрыла помещения. Черепа­шек лейтенант препоручил Нику Кортези и преду­предил, чтобы они вели себя хорошо, потому что он и так превысил свои полномочия.

  А в половине восьмого приехала Эйприл, привез­ла черепашкам еще горячую пиццу и кинокамеру. Она рассказала Микеланджело, как следует ей пользоваться, и помогла установить на штативе напротив картины, пообещала позвонить и уехала. Черепашки снова остались одни. К ним пару раз подходил Ник Кортези, но разговор не вязался, и Ник уходил. А черепашки оставались и тоже молчали, потому что не знали, как себя нужно вести, когда следишь не за преступниками, а за простой картиной.

  Было около одиннадцати, когда Донателло, Леонардо и Микеланджело начали зевать.

-   Ладно, ребята, - сказал Донателло. - Картина как картина. Согласитесь, что она так отпечаталась в мозгах, что теперь будет сниться нам каждую ночь до конца дней.

-   Ну ты скажешь, - не согласился Микеланджело.

-   А что, - сказал Донателло. - Лично я запомнил ее до самой мельчайшей точечки.

  Только Рафаэль молчал и продолжал внимательно смотреть на картину.

-   Рафаэль, - попытался отвлечь его Донателло. - Ты что, захотел испортить себе глаза?

-   Нет, - подсказал Микеланджело. - Просто у него возникло желание проделать в ней дырки взглядом.

-   А мне не до шуток, - серьезно ответил Рафаэль. - Вы что, уже забыли, что сказал учи­тель Сплинтер?

-   Мы не забыли, - ответил Леонардо. - Но хо­телось бы и отдохнуть, набраться сил. Куда она денется до утра? Тем более, ты слышал, что сказал Ник? Охрана музея удвоена. И это только внутри. А снаружи?

-   Но нас учитель Сплинтер просил не охрану считать, а следить за картиной, - настаивал Рафаэль.

-   Вот и последи, - пробормотал сквозь сон Донателло. - А потом мы тебя сменим.

  Микеланджело уже тоже тихо сопел рядом с Донателло. У Леонардо также слипались глаза. И только Рафаэль оставался непреклонным и не поддавался сну, хотя всю прошлую ночь не сомк­нул глаз, находясь под пристальным наблюдением тренидатов. Он продолжал внимательно смотреть на картину и старался не сводить с нее глаз.

-   Ладно, сони, дрыхните, - пробормотал он.­ - Скоро я вас разбужу.

  А тем временем стрелки часов уже приближа­лись к полуночи. Музей был окутан такой тишиной, что было слышно, как свищет ветер за толстыми бетонными стенами.

-   Динь-дон, динь-дон, - пробили полночь му­зейные часы.

  Рафаэль от неожиданного звука даже вздрогнул и невольно посмотрел в ту сторону, откуда он доно­сился. А когда снова повернулся к картине, то не узнал ее. Картина равномерно и быстро начала темнеть. От неожиданности Рафаэль даже рот от­крыл. Он не стал тревожить сон друзей только потому, что подумал, будто это галлюцинация от усталости. Он стал протирать лапами глаза, а когда опять посмотрел на картину...

-   А-а-а!! - закричал Рафаэль и попятился прочь от картины.

  Его крик разбудил остальных черепашек. Они подхватились и бросали непонимающие взгляды то на отпрянувшего в сторону Рафаэля, то на стену, где висела картина. Она стала просто черным квадратом, потому что изображение замка исчезло, а сам квадрат стал увеличиваться, будто кто-то надувал воздушный шар.

-   Вот так картинка-а, - пробормотал Донател­ло. - Микеланджело! Включай поскорей кинокамеру.

-   Сейчас, - ответил тот и поспешил к штативу.

  А тем временем шар достиг таких размеров, что одной своей частью почти дотрагивался пола. Черепашки услышали позади себя шаги. Это бежа­ли охранники и полицейские, которых оставили присматривать за музеем. И в тот самый момент, как они показались в конце коридора, шар из картины дотронулся до пола и лопнул. Оттуда ударила сильная струя воздуха. Своей силой она опрокину­ла штатив с кинокамерой и смела с пути черепашек, а затем охранников и полицейских.

  Только Рафаэль, который первым увидел начавшееся изменение и успел спрятаться, а теперь смот­рел, как летают по коридору его друзья, полицейские и охранники. Он заметил, что струя воздуха стала выбрасывать небольшие темно-синие ко­мочки, похожие на яйца страуса. Они тоже улетали за струей воздуха.

-   Может, это и есть тренидаты? - предполо­жил Рафаэль.

  И он прошел из своего укрытия вслед за одним таким страусиным яйцом, которое пролетело неда­леко от него. Оно прокатилось через весь соседний зал и уперлось в стенку. Рафаэль тоже остановился и стал с удивлением наблюдать, как прямо на гла­зах яйцо увеличилось до метрового размера в диа­метре и лопнуло. Вслед за этим из него появилась голова уродца, похожего на огромную летучую мышь. Он неуклюже двигался и все время кряхтел, как старик.

  Рафаэль заметил, что существо обнюхивает про­странство и пытается как-то сориентироваться. А еще он отметил, как хорошо тренидат видит в темноте. Он понял это по тому, как существо чувст­вовало малейшую преграду на своем пути.

  Обнюхав пространство, тренидат повернулся в ту сторону, откуда только что прилетел и где теперь на его пути стоял Рафаэль. Тренидат стал мед­ленно двигаться к нему. Рафаэль попятился назад, стараясь найти для себя подходящее укрытие. И он нашел его за шторой, за которой оказался большой ящик для противопожарного оборудования. Тре­нидат дошел до того места, где секунду назад стоял Рафаэль, остановился, обнюхал воздух и недовольно зарычал. Сначала он хотел проверить, кто прятался в ящике, но потом видимо передумал и направился дальше. Рафаэль облегченно вздохнул, но не решался выходить из укрытия, чтобы продолжить слежку за тренидатом. В памяти еще была свежа встреча с ними в ночном замке, и Рафаэль прекрасно помнил, как его с Донателло продержали там заложниками до самого утра.

Глава 8. Расследование ведут черепашки

  Тренидат искал своих собратьев. Он направился по коридору, в ту сторону, куда улетели охран­ники и черепашки, и куда поток воздуха смыл остальные страусиные яйца, которые вылетели из картины. Тренидаты собрались в большом зале первого этажа. Они неуклюже переступали с ноги на ногу и толкали друг друга. Их общение между собой походило на шуршание огромного количества жуков, собранных в одном месте.

  Тренидаты еще немного пошуршали, а потом разбрелись в разные стороны. Было похоже, что они что-то ищут. Вскоре Донателло стало понятно, что именно. Существа навалились и выломили дверь запасного выхода, а потом высыпали на улицу.

  Когда шум совсем прекратился, Рафаэль наконец решился покинуть свое убежище. Он выбрался из ящика и направился на поиски друзей.

-   Странно, - произнес он, войдя в комнату, где недавно было множество тренидатов, - куда они могли подеваться?

-   Эй, Рафаэль, - вдруг у него за спиной послышался голос Донателло.

  Рафаэль оглянулся и, подняв голову вверх, заметил своих друзей, устроившихся на люстре под потолком.

-   Как вы туда забрались? - удивился Ра­фаэль. - Давайте, спускайтесь. Монстры выбежа­ли на улицу.

-   Мы это заметили, - ответил Микеланджело.

-   А еще мы наблюдали, как они вылупливаются из яиц, - похвастался Донателло.

-   Что ты говоришь? - нарочито удивленно спросил Рафаэль.

-   Да, - не понял насмешки тот. - Сейчас мы тебе все расскажем. Только вот как нам спуститься?

-   А я почем знаю? - развел лапами Ра­фаэль. - Как забрались, так и спускайтесь.

-   А ты не мог бы подать нам лестницу, которая стоит в углу? - указал лапой Леонардо.

  Рафаэль нехотя развернулся. Вскоре он приво­лок лестницу, чтобы черепашки смогли спуститься вниз.

-   По-моему, теперь нам достаточно известно о тренидатах, - сказал Донателло. - Можно идти к учителю Сплинтеру.

-   Да, но мы не знаем, куда они направились, - ­ответил Рафаэль. - Тебя разве не привлекает идея разузнать все до конца?

-   А что мы можем еще узнать? - упрямился Донателло. - Теперь понятно, что они появляются из картины. На это и намекал нам раньше учитель Сплинтер.

-   Если они и появляются из картины, то куда деваются потом? - спросил Рафаэль. - Ты сможешь ответить на этот вопрос?

-   Конечно! - бойко сказал Донателло.- Вы же видели, как они взломали дверь и отправились на улицу.

-   Но куда именно? - настаивал Рафаэль. - И что будут делать там? И как проникнут обратно в картину, да и собираются ли вообще это делать?

-   Да-а, - почесал затылок Донателло. - Об этом я как-то не подумал.

-   Поэтому я и предлагаю проследить за тренидатами, а также провести свое маленькое рассле­дование, - сказал Рафаэль.

-   По-моему, Рафаэль прав, - ответил Микеланджело. - Эта информация может пригодиться и нам, и учителю Сплинтеру.

-   К тому же, - вмешался в разговор Леонардо, - не забывайте, что Шредеру тоже небезинтересно знать все, что связано с тренидатами. Если он сможет подчинить их себе, монстры наделают много вреда городу.

-   Ну что ж, - согласился Донателло. - Если вы так уверены в необходимости преследования, да­вайте отправимся на поиски тренидатов.

  Спустя некоторое время черепашки ниндзя уже были на улице.

  Там было значительно светлее, чем в музее. Яркое освещение от рекламных щитов, ламп дневного света, бегущих огоньков названий магазинов, кафе, ресторанов создавали такую иллюминацию, что трудно было поверить, будто в городе царила ночь. В музее же, когда ожила картина, весь свет куда-то исчез, и наступила кромешная тьма.

-   Какие будут предложения? - спросил Леонардо, поворачиваясь к Рафаэлю, который был инициатором затеи с преследованием.

-   Куда они могли подеваться? - остановился и осмотрелся по сторонам тот.

  Микеланджело и Леонардо тоже старались за­метить что-нибудь подозрительное, что навело бы их на след тренидатов. Но нигде никого и ничего не было заметно. И вдруг черепашки услышали звуки, отдаленно напоминавшие писк птенцов. Они обернулись в ту сторону, откуда они доносились, и заметили на противоположной стороне улицы пиццерию. В этот момент там как раз погас свет. Черепашки многозначительно переглянулись между собой.

-   Вот так монстры, - удивленно произнес Микеланджело.

-   Да, - согласился с ним Донателло. - Похо­же, что они тоже из породы мутантов, которые обожают пиццу.

-   Пойдемте скорее, посмотрим, что они на са­мом деле там вытворяют, - сказал Рафаэль и первым поспешил к пиццерии.

  Черепашки последовали за ним. Они останови­лись за несколько метров от здания. Здесь уже отчетливо слышалось равномерное чавканье.

-   Если мы приблизимся к двери, они тут же заметят нас, - шепнул Рафаэль.

-   И что ты предлагаешь? - тихо спросил Донателло.

-   Зайти с черного хода, - ответил Рафаэль.

-   Тогда пойдемте, - сказал Леонардо.

  И черепашки ниндзя снова заторопились. Они прошли мимо соседнего магазина и повернули за угол, попали в узкую улочку и стали разыски­вать черный ход в пиццерию.

-   По-моему, вот эта дверь, - сказал Донателло.

-   А мне кажется, что следующая, - не согла­сился Леонардо.

-   С чего ты взял? - спросил Донателло. - Послушай, как пахнет пиццей.

-   Запах - это еще не все, - настаивал Леонардо.

-   И мне тоже кажется, что нам нужна следующая дверь, - вмешался Микеланджело. - Именно оттуда доносится странный звук.

  Черепашки подошли к двери, и Микеланджело попробовал открыть ее. Но на удивление она не поддалась.

-   Странно, - произнес он. - Каким же образом тренидаты проникли внутрь?

-   А может, все-таки нужно было заходить в ту дверь, на которую указывал я? - спросил Дона­телло.

  И, не дожидаясь ответа, он вернулся обратно, чтобы проверить свою версию. Как только он до­тронулся до ручки, дверь свалилась с завес и с гро­хотом упала на землю. Донателло еле успел отско­чить в сторону.

-   А я вам что говорил? - спросил он у друзей, когда улегся шум. - Сюда нужно заходить.

  Донателло просунул голову в проем двери и тут же отпрянул обратно.

-   Ты чего? - спросил у него Рафаэль.

-   Посмотри, сколько много этих тварей, - ответил Донателло. - Они, наверное, решили уничтожить годовой запас пиццы.

  Рафаэль осторожно повторил попытку Донателло. Тренидаты его не заметили. Они сидели на полу, полках, столах, стояли на стульях и что-то жевали.

-   Что будем делать? - шепотом спросил Рафаэль.

-   А что ты предлагаешь? - поинтересовался Леонардо.

-   Нужно незаметно прокрасться внутрь, - от­ветил Рафаэль.

-   Рафаэль! - дернул его за рукав Донател­ло. - Ты же не хочешь сказать, что ты самоубийца!

-   А я так и не говорю, - спокойно ответил Рафаэль, одергивая свой рукав. - Просто нужно понаблюдать за ними поближе. Если уж они не уничтожили нас в замке Вальдхоуз, то можно не беспокоиться.

-   Лично я отказываюсь, - замахал лапами До­нателло.

-   Кто со мной? - спросил Рафаэль и посмот­рел на Леонардо и Микеланджело.

-   Пошли, - шепнул Микеланджело.

-   А я останусь с Донателло здесь, - ответил Леонардо.

-   Струсил? - спросил Рафаэль.

-   Я не струсил, - ответил Леонардо. - Думаю, что чем больше нас будет, тем быстрее мы наделаем шуму, и они нас обнаружат. К тому же, мы останем­ся, как прикрытие. Правда, Донателло?

-   Согласен, - ответил Донателло, удовлетво­ренный тем, что Леонардо нашелся, как ответить на упрек в трусости.

-   Хорошо, - согласился Микеланджело. - Ос­тавайтесь, а мы пошли.

  И они с Рафаэлем стали пробираться в пицце­рию, стараясь не привлекать внимания тренидатов, занятых утолением голода.

  Донателло и Леонардо остались и не знали, что им делать, если друзьям вдруг понадобится помощь. Они очень беспокоились за них, но тре­нидатов боялись еще больше.

-   Эх, - разочарованно вздохнул Донателло. - Нужно было и нам пойти.

-   Ты что, уже передумал? - не понял его поведения Леонардо. - Надо было подумать об этом сразу. Теперь уже поздно.

-   Хотя бы пиццы кусочек догадались прихватить с собой, - мечтательно произнес Донателло.­ - Как думаешь, может, самим сходить?

-   Перестань, как тебе не стыдно, - упрекнул его Леонардо.

-   А почему мне должно быть стыдно? - удивился Донателло. - Эти проклятые тренидаты пируют там бесплатно. Представь, что они все сожрут, и завтра нам не из чего будет пригото­вить нашу любимую пиццу.

-   Не выдумывай, - сердито произнес Леонар­до. - Для этого потребовалось бы не менее миллиарда тренидатов, а то и больше.

-   А вдруг их столько и есть? - не унимался Донателло.

-   Ладно, помолчи, - грубо сказал Леонардо. - ­А то мы так даже не услышим Рафаэля и Микеланджело, если им вдруг понадобится наша помощь.

  Донателло послушался. Он принялся всматриваться в темноту.

  В это время Рафаэль и Микеланджело двигались очень медленно, чтобы не наделать шума и не вспугнуть тренидатов, многие из которых уже насытились до отвала и лежали на полу, довольно похрюкивая.

-   Настоящие обжоры, - прошептал Микеланджело, указывая на одного монстра.

-   Прямо как наш Донателло, - в тон ему ответил друг.

  И тут неожиданно раздался пронзительный визг. Рафаэль отскочил в сторону, цепляясь за коробки, предназначавшиеся для яиц. Он не заметил, что наступил на лапу тренидату. Яйца стали высыпаться на пол, разбиваться, образуя месиво, которое разлилось на пол.

  От такой неожиданности Рафаэль и Микеланджело застыли на месте в нерешительности. Они не знали, что им делать: то ли убегать прочь, то ли затаиться и притвориться неподвижными. А тем временем тренидат бегал по кухне и вопил, что было сил. Его дружки стали реагировать на это весьма странным образом. Они зашевелились, повскакивали на ноги, мычали, будто сожалели о случившемся, и старались как-то утешить своего собрата. Они даже пытались гладить его по голове.

  Микеланджело и Рафаэль ошарашенные удиви­тельным зрелищем, смотрели на тренидатов во все глаза. И вдруг случилось ужасное. Монстры повер­нулись и начали медленно направляться в сторону черепашек, осторожно переставляя ноги и обнюхи­вая воздух.

  Черепашки похолодели. Они ведь даже не могли догадываться, что собираются предпринять трени­даты, чтобы отомстить за своего собрата.