против Выходцев из Параллельных Миров — стр. 21

Глава двадцать первая. Драка в тюремной камере

Массовые беспорядки, вызванные повальными проделками злых сущностей, вызволенных из главного духоприемника, достигли своего апогея. Остановился общественный транспорт, произошли десятки автомобильных катастроф. Полицейские и врачи «Скорой помощи» не успевали справляться со своими обязанностями. Неожиданное нашествие водяных привело к тому, что пловчихи, тренирующиеся в бассейнах, уже давно не плавали, а лежали возле воды и громко икали. То же самое случилось со многими купающимися в водах прилегающих озер и протекающей возле города речки. Икали даже спасательная служба — водолазы и капитаны речных барж. Более того, у некоторых особенно смелых пловчих, которые не обратили внимания на странное поведение своих подруг, ступни ног необъяснимым образом срослись и начали превращаться в огромные рыбьи хвосты, а бедра покрываться чешуей, как у русалок.

Наиболее догадливые жители города сообразили, что все происходящее теперь — это действия вырвавшейся утром из заточения нечистой силы. Множество людей собралось возле здания мэрии с плакатами и лозунгами, призывающими освободить из-под стражи укротителей нечисти. Люди понимали, что выручить город в данной ситуации могут лишь работники предприятия «Нейтрализация полтергейста». Муниципальная власть во главе с мэром Роджером Маккартуром и шерифом Джоем Дуоденумом пребывала в полной растерянности, потому что не знала, что делать. Уже давно в город были вызваны федеральные войска, но странным образом у гвардейцев вместо пороха патроны были напичканы табаком, жевательной резинкой и разной другой чепухой. Кроме того, командиры не могли указать для своих подчиненных целей. Разве можно стрелять в тени, которые носились по всему городу, издавая злобный хохот. Тем временем в магазинах нечистая сила набросилась на товары. Призраки и оборотни хватали вещи и начинали летать по торговому залу, норовя выскочить из магазина без чека. Единственное, что пока еще работало, — это радио и телевидение. Именно по этим каналам связи сообщили о том, что приключилось возле конторы «Нейтрализация полтергейста». Репортеры на все лады рассказывали, что Леонардо, Эйприл, Донателло, Рафаэль и даже убежавший за Белой Дьяволицей Микеланджело задержаны и отправлены в полицейский участок до выяснения степени вины. По телевидению в утренних новостях показали остатки их конторы, попутно демонстрируя то, что творится в городе. К полудню внимание репортеров было переключено на небоскреб у центрального парка, так как на последних этажах здания по неведомой причине образовалась огромная дыра. Жильцы дома в спешном порядке начали эвакуироваться. Даже главный архитектор города не мог дать гарантии, что здание надежное.

Тем временем под окнами мэрии уже раздавались крики:

— Свободу ловцам призраков! Выпустите ловцов призраков! — кричала одна группка энтузиастов.

— На волю истребителей нечисти! — вторила им другая.

— Мэра — на мыло! — скандировала хором пока что немногочисленная толпа под окнами мэрии.

Репортеры газет, радио и телевидения тоже были на площади перед мэрией в толпе скандирующих, они ждали пресс-конференции, обещанной мэром Роджером Маккартуром. Но мэр, шериф и генерал прибывших федеральных войск не знали, что делать.

— Весь город летит к чертям собачьим!.. И все молчат, никаких идей!.. — кричал на своих подчиненных Маккартур. — Вы что, язык проглотили, генерал?!

— Господин мэр, — оправдывался генерал, — призраки проникают в танки через стволы башенных орудий и напускают там такой вони, что мои танкисты теряют сознание!

— Так заткните ваши орудия какими-нибудь тряпками… — взорвался Роджер Маккартур. — И это мне, мэру города, надо всем давать советы!

Помощники мэра напряженно вздыхали, не смея перечить начальнику. Они даже не осмеливались посмотреть на него, ибо в гневе Роджер был страшен. Этот величавый с залысинами человек уже не одного чиновника уволил за то, что те посмели ему перечить. Его боялись еще и потому, что выражение лица у мэра Маккартура было похожим на выражение мордочки хомяка, набившего за щеки по стакану зерна. Но каждому работнику мэрии казалось, что за щеками у мэра — уволенные им ни за что чиновники. Единственный, кто мог успокоить Роджера и говорить с ним на равных, — это был его друг детства, а теперь епископ города Джарвис. Но его в этот момент не было в городе, он улетел на вертолете ловить бабочек на луга возле своей фермы, на которой он и разводил «павлиньи глаза» и «махаонов».

— Я вас всех уволю! — кричал разбушевавшийся мэр. — Кто может объяснить, что происходит в городе?

Маккартур прошелся по кабинету, отвислые щеки его прямо трепыхались, словно за ними шевелились уволенные чиновники, и остановился возле начальника торговли:

— Почему все продукты неожиданно взлетели в воздух? Почему рыба пахнет ванилином, а ванилин рыбой? Шериф Джой Дуоденум стоял навытяжку и чувствовал, что больше всего вопросов возникнет к нему. Поскольку он был наиболее решительным человеком из всех находящихся в кабинете лиц (во время последней войны он даже два раза видел след вражеского танка), то он набрался храбрости и сообщил:

— Мы тут бессильны что-либо сделать. На город обрушился целый рой сверхъестественных сил.

— На всякий рой должен найтись хороший пчеловод!

— Я думаю, с бесами надо пойти на переговоры! — высказал идею генерал. — Они могут пойти на компромисс, если мы им что-нибудь пообещаем.

— Вы понимаете, алюминиевая пуговица, — нервно закричал мэр, — что вы говорите? А вдруг они потребуют человеческих жертвоприношений? Ну тогда уж я сам из себя сварю мыло, как того требуют демонстранты.

Генерал остекленело смотрел на Роджера Маккартура и сожалел, что высунулся.

Неожиданно начальник полиции надел фуражку, стал по стойке «смирно» и произнес:

— С ними могут справиться ловцы призраков.

Мэр остановился, криво усмехнулся и сказал:

— Ты прямо читаешь мои мысли, я только что об этом хотел сказать. Во всяком случае, это моя идея. Немедленно привести их сюда, пока нас журналисты не съели!

Шериф хотел было объяснить мэру, что это сейчас невозможно сделать, но Маккартур уже повернулся к остальным подчиненным, чтобы высказать им свою оценку их деловым качествам:

— Учитесь у меня, как нужно думать. Без меня вы бы пропали, ведь ваши мозги не могли додуматься, как помочь городу, а мой мозг сработал четко. Мэр прошел мимо звездно-полосатого американского флага и сел на место. Он обратил внимание, что шериф продолжает стоять по стойке «смирно».

— Вы еще не отдали команду привести сюда этих ловцов? — мгновенно вскипел мэр.

— Никак нет, — ответил Джой. — Я не могу этого сделать, потому что не могу пойти против закона.

— Какого еще закона? — удивился мэр. — Нет, я не могу. Вам, шериф, наверное, хочется намылить себе руки мылом под названием «Слезы мэра». Немедленно доставить ловцов призраков сюда!

— Но это противоречит закону о защите окружающей среды, — не моргнув глазом отпарировал шериф.

— А при чем тут этот закон? — насторожился Роджер Маккартур.

— Закон тут не при чем, — начал объяснять начальник полиции города, — но по заявлению Питера Синклера, представителя комитета по защите окружающей среды, ловцы призраков нарушили правила хранения токсичных и вредных материалов. И когда Синклер пришел к ним с проверкой, они ему, извиняюсь за выражение, надавали по морде. За это их сегодня утром и арестовали.

— Так они за это находятся у тебя в каталажке? — снова начал повышать голос мэр.

— Получается так, — пожал плечами шериф.

— А что нужно сделать, чтобы их выпустить?

— Нужно нарушить закон о праве.

— Что значит нарушить закон? Что вы себе позволяете шериф! Нельзя ли как-нибудь без этого, — перебил его мэр, не желавший нарушать никаких законов.

— Можно попросить Питера Синклера забрать заявление, — объяснил шериф.

Мэр почесал нижнюю губу, тут же подозвал дежурного юриста, о чем-то пошептался с ним и произнес:

— А свидетели у этого Питера Синклера есть, когда ему начистили рыло, то есть фейс, — мэр на секунду запнулся, — то есть, когда произошел инцидент с ним и ловцами призраков?

— Так точно! — по-военному ответил шериф, порывшись в кармане, достал бумажку и добавил:

— Свидетели — электрик Джон Бэлл, сержант Скотти Шкварчнеггер, а так же семеро полицейских из одиннадцатого участка.

Дежурный юрист снова шепнул что-то на ухо мэру, и Роджер Маккатур произнес:

— Значит, у Синклера только один свидетель… электрик? Правда?

— Так точно! — ответил шериф. — Но по моему личному приказу и по стратегическим соображениям его показания засекречены.

— Ну, а если засекречены, — радостно воскликнул мэр, повторяя то, что ему на ухо говорил юрист, — тогда это дело не должна раскопать ни одна репортерская ищейка.

— Так точно! — уже совсем обрадованно выпалил начальник полиции.

— Электрика Бэлла сделать главным электриком, — всем полицейским, видевшим «начищение фейса», — мэр подмигнул юристу, — объявить благодарность и отправить в оплачиваемый отпуск на две недели. Скотти Шкварчнегера повысить в звании и… немедленно сюда этого Синклера с его заявлением.

Мэр немного помолчал, видя небольшое замешательство шерифа, и тихо добавил:

— Все под мою личную ответственность.

Лицо Джоя Деоденума просияло. Теперь он в случае чего все может валить на мэра.

Леонардо казалось, что он ударил в броню легкого танка. Оказалось, что удар, направленный в живот верзиле, попал в стеклянную бутылку из-под пива, которую верзила засунул под майку. Поэтому-то этот удар и был совершенно безвреден последнему. Верзила взял черепашку за шиворот, поднял его одной рукой вверх и ехидно произнес:

— Букашечка. Как твое имя?

Леонардо не отвечал, так как не мог произнести ни слова. Он в несколько секунд оказался в центре толпы арестантов. Те гоготали и хихикали со своим самым огромным и, по-видимому, самым глупым товарищем, которого звали Бобби, по прозвищу Барсучье Рыло. Именно Бобби и держал в воздухе Леонардо.

Эйприл почувствовала, что в камере творится неладное. Она видела, что вокруг ее друзей собралась толпа. Разумеется, больше всего она боялась, что в драке, от которой не откажутся черепашки-ниндзя защитные маски на мордочках черепашек будут сорваны и все узнают, кто были на самом деле ловцы призраков. Но чем могла помочь девушка друзьям, сидя в другой камере?

— А-ну отпусти его, мерзавец… — закричала девушка.

Бобби бросил Леонардо на решетку и тут же обернулся к Эйприл.

— Что? — взревел он, — ты даже не представляешь, дуреха, что я из него сделаю…

— Не трожь его! — выступил вперед Рафаэль.

Кулаки у толстяка чесались давно, он понял, что напал на того, кто его еще не знает. Если сравнить Рафаэля и Бобби, то сравнение было бы далеко не в пользу первого. Он был головы на три ниже своего противника. Но смелости и решительности Рафаэлю было не занимать.

— Ах ты смор…

Юный мутант не дал договорить Бобби: размахнулся и ударил верзилу в мечевидный отросток. Барсучье Рыло не ожидал такой прыти от незнакомого обитателя камеры. Он изумленно округлил глаза и согнулся пополам. Рафаэлю ничего не оставалось делать, как дополнить первый удар вторым — коленкой снизу в челюсть.

Бобби отвалился к решетке. Увидев такое непочтительное обращение к своему предводителю, толпа тут же рассыпалась в стороны, а Рафаэль, воодушевленный успехом, захотел его развить. Он подскочил к наглецу и врезал ему в ухо.

— Кто из нас сморчок? — спокойно спросил Рафаэль.

Он ожидал ответного нападения, но толстяк несколько секунд шатался на ногах, а потом медленно сполз по решетке на пол.

И тут на Рафаэля напал темнокожий молодой парень. Противник стоял сзади, и Рафаэль его не мог заметить, поэтому для него нападение было неожиданностью. Этот негр был настолько ловок, что смог ухватить ниндзя-черепашку поперек туловища и приподнять в воздухе. Одновременно спереди подбежал еще один из толпы и размахнулся для удара. Но его опередил пришедший в себя Леонардо. Он подпрыгнул, обеими ногами ударил державшего его друга негра и крикнув: «Берегись!»

Рафаэль тут же согнулся, и парень, стоящий за его спиной, полетел через его голову, и, ударившись о стену, упал на пол. В следующую секунду Леонардо и Рафаэль нанесли еще по одному удару и, когда отскочили, перед ними лежали три тела.

— Спасибо, Леонардо, ты меня выручил.

— Это тебе спасибо, это ты меня выручил от этого гиппопотама.

— Ну так кто из нас сморчок? — повторил вопрос Рафаэль, пнув еще раз толстяка.

К ним подбежал Донателло. Он стоял рядом, но пока не участвовал в драке, стоя перед толпой задержанных, чтобы те не вмешивались.

— Полиция! — истошно, до хрипоты кричала Эйприл. — Дежурный!

И тут в камере поднялся крик. Все было бы хорошо, но в компании задержанных было народу раз в восемь больше, чем ловцов призраков. Черепашек-ниндзя окружили полукольцом и стали медленно прижимать их к решетке.

Донателло знал, что несмотря на отчаянные крики Эйприл, на полицейских надеяться было бесполезно. Он подскочил к Леонардо и Рафаэлю и произнес:

— Друзья, я с вами!

В толпе заключенных ехидно усмехнулись.

— Ну, ученые-недоросли, — прохрипел один из парней и выплюнул из уголка рта спичку, — колдуны проклятые, теперь вам точно каюк…

Леонардо посмотрел на противника. Он понял, что шутки кончились, особенно после того, как в руке у одного арестанта сверкнул нож. Леонардо попятился назад и, наткнувшись на тело толстяка, еще не пришедшего в себя от удара Рафаэля, чуть не упал. А Рафаэль с Леонардо в это время бросились к столу. Они дернули его, но стол был крепко привинчен к полу. К ним на помощь бросился Леонардо. Втроем они оторвали стол от пола и, размахнувшись, швырнули его в нападавших. Стол уложил четверых, но в это время очухался Бобби Барсучье Рыло. Пока Леонардо, Рафаэль и Донателло расправлялись с остальными, он бросился к столу и поднял его. С этим-то столом наперевес он начал приближаться к черепашкам-ниндзя. К нему присоединились еще несколько его приятелей. Насильники бросили стол на юных мутантов, те приняли удар, но не устояли на ногах. Заключенные бросились на черепашек и начали молотить их ногами.

В этот момент к камере подбежали несколько охранников с электродубинками. Барсучье Рыло понял, что сейчас придется туго. Полицейские не станут разбираться, кто прав, кто виноват, и начнут колотить любого, кто попадется им под руку.

Верзила тотчас отскочил вбок, а за ним то же самое сделали и остальные. Леонардо, Донателло и Рафаэль вылезли из-под повергшего их на землю стола. Им пришлось не совсем сладко, но защитных масок они не потеряли.

Им казалось, полицейские налетят и на них за то, что в камере был устроен такой кавардак. Но полицейские, наоборот, начали колотить тех, кто был ближе к ним, проделывая в камере проход к черепашкам-ниндзя.

— Ловцы призраков? — спросил у Рафаэля один из охранников. — Вас требует к себе мэр города.

— Неужели мэр смилостивился? — воскликнул Леонардо, с удивлением посмотрев на полицейского.

Охранник пояснил причину такого неожиданного освобождения ловцов привидений из-под стражи:

— Да там все сходят с ума…

— Этого-то мы и боялись, — сказал Донателло, взглянув на верзилу, которого в этот момент огрел дубинкой по спине один из полицейских. — Ну, если нас требуют, — пошутил Леонардо, — я готов покинуть ставшее для меня родным заведеньице.

Леонардо прошелся по камере, увидев лежащего на полу негра, крикнул ему в ухо:

— Эй, приятель, ты что, собрался тут загорать?

Негр поднял голову и, убедившись, что ему ничего не угрожает, начал подниматься.

До мэрии пришлось идти пешком, так как почти в каждом светофоре сидел какой-нибудь регулирующий движение дух. А до чего может дорегулироваться дух, не трудно догадаться. Ловцы призраков в сопровождении целой свиты полицейских до мэрии добирались почти целый час. Леонардо даже пошутил по этому поводу:

— Оказывается, чтобы не разучиться ходить пешком, нужно попасть в каталажку!

Возле здания мэрии их встретили репортеры и воодушевленный народ. Эйприл начала раздавать автографы, хотя ее и увлекали за собой двое полицейских.

Мэр города Маккартур их уже заждался. Прошло более полутора часов, как шериф отдал приказ привести ловцов призраков, но пока в мэрию доставили только Питера Синклера, из-за которого, как объяснили мэру, и началась вся чертовщина.

Наконец в кабинет мэра вошел один из его секретарей и доложил:

— Прибыли ловцы призраков.

Маккартур не сразу понял.

— Призраки? — удивленно произнес он, еще не соображая, кто все-таки прибыл.

Мэр, испугавшись, даже хотел забраться под стол, но его вовремя остановил дежурный юрист, растолковав.

— А, ловцы призраков?! — радостно воскликнул Маккартур, — это хорошо! А где этот, — запнулся мэр, — как его, из комитета по защите окружающей среды… А, вспомнил… Питер Тринклер.

— Синклер, — поправил мэра дежурный юрист.

— Точно! — воскликнул мэр. — Питер Синклер!

Тотчас в кабинет вошел прилично одетый человек: в костюме, при галстуке. Это и был Питер Синклер, а под левым глазом у него красовалось нечто подобное большому фиолетовому черносливу цвета ржавчины. Мэр поморщился, но ничего не сказал по поводу внешнего вида вошедшего.

Следом за Питером Синклером в кабинет в сопровождении, по крайней мере, десятка полицейских вошли ловцы призраков и судебный исполнитель, у которого в папке было заявление Синклера, свидетельские показания Джона Бэлла, служебная записка сержанта Скотти Шкварчнегера, а также несколько таких же служебных записок полицейских одиннадцатого участка, видевших, как Леонардо подбил глаз Питеру Синклеру.

— Я — Питер Синклер, сэр, — сразу представился чиновник, бросившись к мэру.

Питер говорил с мэром подобострастным голоском, но, по мере того, как он говорил, оживленно жестикулируя и бросая свирепые взгляды на ловцов привидений, его голос постепенно переходил на крик.

— …Докладываю, что эти люди — настоящие злоумышленники! — кричал он. — И что они, используя токсичный газ, вызывают у людей галлюцинации и массовый психоз. Люди начинают видеть привидения, потом они вызывают этих аферистов, которые устраивают погромы и шоу с электронными и световыми эффектами и гребут деньги лопатой…

Его крик остановила вышедшая вперед Эйприл:

— Все было в порядке, сэр, — сказала она, — обратившись к мэру, — пока этот человек не вмешался в наши дела.

Питер Синклер моментально перебил ее.

— Взорвалось их устройство!.. — закричал он так, что мэр поморщился.

— Это правда? — обратился Маккартур к Эйприл.

Девушка вздохнула и спокойным голосом ответила:

— Да, правда, но это произошло по настоянию этого человека, — Эйприл кивнула на Синклера.

— Это неправда! — взревел Питер Синклер.

— Как же неправда, когда ты настоял на том, чтобы испортить нашу аппаратуру, — выступил вперед Леонардо.

Питер Синклер не выдержал напряжения, он сжал кулаки и бросился на Леонардо, но его вовремя остановили полицейские во главе с шерифом Джоем Деоденумом.

— Стоять! — закричал начальник полиции.

— Стоп, стоп! Успокойтесь! — закричал мэр Маккартур, — забыли, где находитесь? — Это муниципалитет, а не арена петушиных боев.

Леонардо и Питера развели в разные углы помещения. Маккартур нервно заходил по кабинету. Он был крайне озабочен тем, что происходило и в городе, и у него в кабинете.

— Что же мне делать, Джой? — обратился он к шерифу.

Джой Деоденум пожал плечами, сел в кресло мэра и тяжело вздохнул. В кабинете воцарилась тишина. Слышен был только гул толпы, доносившийся с площади. Наконец шериф посмотрел на мэра и ответил:

— То, что происходит за окном, это не световые эффекты…