против Злобного Крага — стр. 2

В ту ночь Микеланджело приснился странный сон. Во сне черепашка-ниндзя увидел высокого тощего человека в рыцар­ских латах. Его сапоги и плащ были густо заляпаны кровью. Человек держал в руках меч, у которого не только рукоятка, но и лезвие были черного цвета. И Микеланд­жело понимал, что перед этим мечом ему не устоять. Но нельзя отчаиваться, нельзя отступать и сдаваться. И, когда враг занес оружие для последнего удара, в руках у Микеланджело появился белый меч, о лез­вие которого раскололся черный меч про­тивника...

Грегори проснулся на заре. Охая, он ощу­пал спину, израненную еловым корнем. Шея у него и вовсе не поворачивалась. Ми­келанджело уже встал и теперь проверял оружие. Быстро собравшись, путники от­правились в дорогу.

Они двигались лесными тропами, избегая широких дорог, где их легко могли заме­тить. Спустившись с холма, они перешли ручей по узкому мостику. Тропа петляла, то вползая на холмы, то ныряя в низину.

Затем начался плавный спуск в широкую долину. Перед путниками распростерлось редколесье, сливавшееся вдалеке с густой стеной деревьев. Узкая обходная дорога ви­лась нескончаемой бечевой. Они брели по заросшей тропе немногим более часа, как вдруг Микеланджело остановился и при­слушался.

—                  Мне слышится странный топот, — сказал он. — Кто-то очень быстро нас наго­няет... У тебя в этом месте назначено с кем-нибудь свидание?

—                  Нет, — ответил умбрийский принц.

—                  У меня тоже. Тогда нам лучше посто­рониться.

И они быстро отступили в ложбину — вправо от обочины дороги. Едва они скры­лись, как показался воин верхом на коне. Он был облачен в черные доспехи, а в ру­ках держал топор с широким лезвием. Его взгляд был устремлен на тропу, где были заметны следы башмаков Грегори.

Всадник остановился, поравнявшись с ложбиной, в которой укрылись путники. От сиплого сопения воина Крага у принца Грегори сжалось сердце. Ужас охватил юношу. Он понял, что через минуту будет обнаружен.

Черепашка-ниндзя молнией рванулся на дорогу, на бегу извлекая меч из ножен. Че­рез долю секунды голова неприятеля отде­лилась от плеч, срубленная Микеландже­ло, и покатилась на дорогу. Грегори с об­легчением перевел дух.

—                  Хорошо, что он не успел издать ни звука, — произнес Микеланджело, вклады­вая меч в ножны. — Поблизости могли оказаться его товарищи. Явись они сейчас сюда, туговато бы нам пришлось. Зато те­перь мы имеем коня.

Черепашка-ниндзя оттащил безжизнен­ное тело в ложбину, а затем помог наслед­нику умбрийского трона забраться на коня убитого.

—                  Думается мне, что этот солдат был не разведчиком, а патрульным, — сказал Ми­келанджело, запрыгивая в седло позади принца.

—                  А какая разница?

—                  Разница в том, что патрульный никог­да в одиночку не едет по дороге, — наста­вительно заметил черепашка. — Следом за ним, на расстоянии мили или двух, дви­жется второй патрульный, за вторым - третий... Вот почему нам следует поспе­шить убраться отсюда...

Грегори пришпорил коня. Но быстро ехать было трудно. Мешали дерн, кочки, неровная почва и деревья, то и дело образу­ющие перелески. Тропа круто свернула в низины, к дальним заводям. По правую сторону виднелась бескрайняя дубрава, в которую углублялась извилистая дорожка.

Путники остановились отдохнуть у ог­ромного дуплистого дерева, поросшего пуч­ками тоненьких веточек вокруг темных ран от давно обломившихся сучьев. Вне­запно они услышали топот лошадиных ко­пыт, который одновременно доносился с обеих сторон тропы.

—                  Мы пропали! — пришел в ужас Грего­ри. — Надо бросать коня и бежать в лес.

—                  Как раз причин для волнения нет, — загадочно улыбнулся Микеланджело, чут­ко прислушиваясь к приближающемуся то­поту. — К нам с разных сторон скачут все­го два человека. Это не так уж много.

—                  Что же делать? — спросил умбрий­ский принц, которому собственная мысль о бегстве казалось очень привлекательной.

—                  Я спрячусь, а ты оставайся здесь.

—                  Что-о-о? — не мог поверить своим ушам Грегори.

—                  Главное, держись увереннее и ничего не бойся, — напутствовал принца Мике­ланджело, спешившись и скрываясь за ду­бом.

Еще издали он разглядел в дереве широ­кое дупло, в которое можно было проникнуть через щель. Микеланджело быстро втиснулся в нее. Утопая по щиколотку в опавшей листве и гнилых щепках, он от­стегнул от своего пояса моток тонкой проч­ной бечевы, размотал ее и сплел на конце петлю.

К дубу подъехали вооруженные копьями воины Крага. Увидев Грегори, которого они безуспешно разыскивали второй день, всадники сначала не поверили собствен­ным глазам. Умбрийский принц спокойно поправлял подпругу коня, не обращая на них никакого внимания.

—                  Эй, щенок! — заорал один из воинов.

—                  Это ты мне? — с изумленным видом оглянулся Грегори.

—                  А кому же еще?! — поразился солдат такому нахальству.

—                  Он мой! — заорал второй воин. — Я его первый заметил. Мне Краг заплатит за него двести тысяч золотых.

—                  Нет, мне! — заспорил первый.

Оба солдата поскакали к дубу, думая каждый лишь о том, как сейчас проткнет принца копьем. Первый воин не заметил серебристой петли, которая свесилась отку­да-то сверху.

В следующую секунду всадник почувст­вовал, как веревка затянулась вокруг его шеи, как он вылетел из седла и поднялся к толстому суку дерева. Хрустнули его шей­ные позвонки — и мертвый воин упал к но­гам Грегори.

Второй воин натянул поводья коня и под­нял глаза. А сверху прямо на него уже ле­тел Микеланджело с обнаженным мечом в лапах. Воин успел только рот разинуть от изумления, как ниндзя на лету снес ему го­лову.

—                  Вот это да! — пораженно выдохнул Грегори.

—                  Врага нельзя бояться, — сказал Мике­ланджело, вытирая окровавленное лезвие меча о плащ убитого воина. — Нужно идти навстречу опасности, и тогда сама смерть побежит от тебя без оглядки.

Он запрыгнул в седло вражеского коня.

—                  А разве не следует спрятать эти два трупа? — спросил Грегори.

—                  Не стоит. Пусть те, кто нас разыскива­ют, знают, какая участь ждет их, — на ска­ку ответил Микеланджело.

Далеко за полдень путники достигли высокой горы, возвышавшейся посреди леса.

Нам остается проехать еще столько же, сколько мы преодолели за первую по­ловину дня. А там уже будет рукой подать до границы герцогства. Но кони устали, надо дать им передохнуть. Я не хотел бы показаться излишне ворчливым, но, по- моему, от этой длительной скачки устали не только кони, — пробормотал умбрий­ский принц, бессильно сползая с седла на землю.

От усталости он тут же уснул.

Вздохнув, черепашка-ниндзя, у которого от усталости ломило все тело, подумал, что следует продлить время отдыха. Он рас­пряг коней и отпустил их попастись на луг, а сам уселся на траву.

Веки Микеланджело стали слипаться в сонной дреме, как вдруг он уловил тихий шорох со стороны тропы. Ниндзя вскочил на ноги и с первого же взгляда понял, что сделал это вовремя. Трое воинов подкрады­вались к путникам из кустов.

Это были патрульные, которые, обнару­жив трупы своих товарищей, быстро сооб­разили, в какую сторону направились бег­лецы. Они нагнали путников у самой горы и, оставив своих лошадей в отдалении, ре­шили застигнуть их врасплох. Патрульных пугала участь товарищей, но уверенности придавала численность.

—                  Проснись, Грегори! — закричал Мике­ланджело, извлекая меч из ножен.

С ликующим ревом воины бросились на него. Впереди всех мчался огромный чело­век со смуглым, широким и плоским ли­цом, маленькими, горящими, словно угли, глазами, вздернутым носом и низким лбом. На нем была черная кольчужная рубаха, свисающая до колен, кожаные сапоги и во­роненый, инкрустированный серебром шлем. В левой руке он держал щит, в пра­вой — массивный меч. Этот меч со свистом рассек воздух, но Микеланджело, не испу­гавшись свирепых воплей врага, вовремя пригнулся и проткнул воина насквозь.

Отважный черепашка не заметил, что второй воин подкрался к нему со спины. Однако, это видел проснувшийся Грегори.

Враг уже занес меч, чтобы разрубить на­двое Микеланджело, как вдруг юноша юркнул ему под ноги. Споткнувшись, вра­жеский воин рухнул на землю. Оглянув­шись, Микеланджело обрушил свой меч на шлем врага. Умбрийский принц выхватил из рук убитого врага меч и встал рядом с Микеланджело.

Третий воин, оказавшись в одиночестве против двоих, завопил от страха, развер­нулся и побежал, что было духу, к лошадям. Черепашка-ниндзя неторопливо из­влек из-за своего широкого кожаного пояса короткий узкий кинжал, прицелился, при­щурив глаз, и метнул его вдогонку удираю­щему врагу.

Вопль воина оборвался на полуслове — кин­жал Микеланджело воткнулся ему в затылок, и солдат замертво упал, раскинув руки.

—                  Седлаем коней, — торопливо приказал Микеланджело. — Уж коли эти мерзавцы нас разыскали, то и остальные разыщут. Теперь будем скакать до самой границы, пока не достигнем ее. Умбрия — красивая страна, но долго находиться здесь опасно.

И, запрыгнув в седла, они продолжили свой опасный путь. Дорога вскоре пошла под уклон. Все чаще на тропе стали появ­ляться кусты и заросли цепких чахлых деревцев, которые приходилось объезжать по вязким проплешинам. Трава торчала ред­кими серыми пучками. Деревца осыпали путников пожухлой листвой.

По этим безотрадным местам невозможно было пробираться быстро. Даже Микеланд­жело выглядел усталым и угрюмым. Грего­ри угнетала близость врагов. После стычек, хотя и успешных, ему слабо верилось в то, что удастся избежать следующей и выйти из нее победителем.

Вдруг умбрийский принц воскликнул:

—                  Я вспомнил!

—                  Что именно? — встрепенулся Мике­ланджело, настороженно оглядываясь по сторонам.

—                  Я вспомнил, что сказал Краг моему от­цу, когда победил в поединке, — торопли­во заговорил Грегори. — Когда Краг выбил меч из рук моего отца, то зловеще засмеял­ся и пробормотал себе под нос: «Со своим мечом я не буду знать поражений!» А ког­да отец упал, обливаясь кровью. Краг скло­нился над ним и прошипел: «Этот меч по­дарили мне озерные феи. За это я женю твоего сына на их королеве». Никто не мог расслышать этих слов, кроме меня, потому что я стоял очень близко к нему.

—                  Странно все это звучит, — покачал голо­вой Микеланджело. — Мне не приходилось видеть меча, перед которым никто не устоит. Может статься, что когда-нибудь нам доведет­ся столкнуться лицом к лицу с этим Крагом. Тогда и посмотрим — на самом ли деле этот черный меч такой волшебный?

Микеланджело не подозревал, что боль­шой отряд во главе с Крагом уже скачет по их следам, и встреча с узурпатором умб­рийского трона произойдет гораздо рань­ше, чем предполагал ниндзя.

Проехав еще с милю, путники свернули налево в узкую лощину и двинулись еле за­метной тропой по редколесью у подножья угрюмых холмов. Места здесь были глухие, дикие. По сторонам громоздились возвы­шенности. На их выступах и вершинах виднелись остатки древних стен, которые таили в себе зловещую угрозу.

Спустя час, Микеланджело и умбрий­ский принц оказались в длинном темном ущелье. Над каменными валунами нависа­ли деревья, обнажая узловатые, цепкие корни. Выше по склонам взбегал густой со­сняк. Им становилось все труднее ехать по нехоженой низине, загроможденной рух­нувшими деревьями и обломками скал. Ве­тер гнал с запада беспросветные тучи.

Но вскоре, вырвавшись, наконец, из ущелья и проскакав несколько миль, путники оказались на вершине громад­ной насыпи. Дальше тропа присоединя­лась к широкой дороге, петлявшей у гор­ных подножий.

На тракте никого не было видно. Путни­ки пришпорили коней. От гор, которые ос­тались у них за спиной, веяло замогиль­ным холодом. Показался пологий спуск к далекой реке — границе Умбрийского ко­ролевства и Каледийского герцогства. Пре­одолеть ее можно было через брод. В этом месте река становилась мелководной, бла­годаря воздвигнутой выше по течению дам­бе, за которой разлилось широкое искусст­венное озеро.

Путники с надеждой устремили взор на противоположный крутой берег, где гро­моздились горы, заслоняя бесцветное небо. Всадники остановились, чтобы перевести дух и вытереть пот с лица. Из ущелья вы­катилось оставленное ими эхо.

Внезапно от многочисленного стука ко­пыт вздрогнули нижние ветви сосен. Мике­ланджело обернулся, прислушался — и по­тянулся к рукоятке меча.

—                  Скачи, что есть духу! — закричал он Грегори. — Прочь от врагов! Я задержу их!

Из ущелья вылетели двадцать всадников. Впереди, покачиваясь в седле, мчался сам Краг — высокий, тощий, в черном широ­ком плаще. Микеланджело поскакал навст­речу врагам, высоко держа над головой меч.

Воины остановились. В это время из-за ближайшего к реке холма показались еще шесть всадников, которые помчались напе­рехват Грегори. Микеланджело вовремя за­метил опасность и, развернув коня, бросил­ся на выручку принцу. Пришел в движение и отряд Крага, помчавшись вслед за Мике­ланджело.

Ужас сковал Грегори. Меч был забыт, крик застрял в горле, сам он боялся даже пошевелиться. Зажмурившись, принц при­жался к лошадиному загривку. Его конь яростно вздыбился и помчался к реке, ми­новав передового всадника.

Всплеснулась вода, пена закипела у ног Грегори. Его обдало брызгами, потом слов­но приподняло. Принц приоткрыл глаза: его конь взбирался по каменистой тропе. Брод был позади.

Но погоня ничуть не отстала. Краг мог позволить себе не особенно спешить. Одо­лев крутой склон, конь Грегори остановил­ся, повернулся к реке и неистово заржал. На том берегу у самой воды черным строем стояли шестеро всадников. Переправиться им ничто не мешало, а Грегори до Каледийского замка еще скакать и скакать долгой дорогой. Нагонят!

Грегори обуял гнев, но он понимал, что силы слишком неравны. Неимоверным усилием принц распрямил спину и поднял свой меч.

—                  Уходите! — вскрикнул он. — Я вам не дамся!

Ответом ему был сиплый хохот.

—                  Ты нам и не нужен! — закричали всад­ники. — И нашему королю ты тоже не ну­жен! Но нужен жених королеве озерных фей. Туда мы тебя и отправим! Ты все вре­мя скакал туда, куда мы хотели тебя на­сильно доставить! Спасибо за помощь!

Грегори не мог поверить своим ушам. Неужели он все время действовал на руку своим врагам? Может, и встреча с Мике­ланджело была не случайной? Может, Микеланджело вовсе никакой не благо­родный странник, а шпион Крага?

Но то, что произошло в следующую минуту, развеяло мрачные подозрения Грегори.

Трое всадников погнали своих коней в реку. Из-за поворота дороги вылетел на своем скакуне Микеланджело.

Одним взмахом меча ниндзя свес голову всаднику, который находился ближе всех к нему. Второго противника он пронзил на­сквозь, пока тот извлекал свой меч из но­жен. Третий всадник кинулся на Микеланджело с обнаженным мечом, но, легко парировав смертоносный удар, ниндзя убил и его.

Трое всадников, оказавшихся как раз посередине реки, растерялись, не зная — то ли хватать Грегори, то ли вернуться и рас­правиться с надоедливым киммерийцем? Не давая им времени на раздумья, Мике­ланджело извлек двумя лапами из-за ши­рокого пояса два коротких кинжала и мет­нул. Двое всадников, сраженных наповал, упали в воду. Последний, шестой воин от страха пришпорил коня. Его конь, рванув­шись в сторону, угодил прямо в глубокую подводную яму. Через мгновение конь и всадник скрылись под водой.

—                  Скачем вместе! — ликующе замахал мечом умбрийский принц.

—                  Погоня будет здесь через минуту, — замотал головой Микеланджело. — Они нас все равно догонят. С двадцатью против­никами мы не совладаем.

—                  Что же делать? — в отчаянии вос­кликнул Грегори.

—                  Скачи к дамбе, — указал Микеланд­жело на плотину.

—                  Зачем?

—                  Открой ворота, которые сдерживают речной поток, — не вдаваясь в лишние объ­яснения, приказал черепашка-ниндзя. — Перед тем, как это сделаешь, предупреди меня. Торопись!

Едва он это сказал, как из-за поворота дороги показался конный отряд во главе с Крагом.

—                  Убейте его! — в ярости зарычал узур­патор, останавливая своего коня.

Воины Крага ринулись на Микеландже­ло. Но Микеланджело успел метнуть в них шесть кинжалов. Шесть солдат свалились с седел и остались неподвижно лежать на земле. Еще двух, которые приблизились к нему первыми, он сразил своим мечом. Ос­тавшиеся двенадцать окружили кимме­рийца.

Доскакав до каменной плотины с боль­шими железными створками, Грегори ог­лянулся. Микеланджело сдерживал натиск нападающих, молниеносно отражая удары, которые сыпались на него со всех сторон.

Черепашка-ниндзя успел сразить еще трех врагов, пока, наконец. Краг не крик­нул:

—                  Оставьте его мне! Никогда в жизни мне не доводилось видеть такого мерзкого урода! Мне доставит большое удовольствие лично проткнуть его!

Воины охотно выполнили приказ своего повелителя. Краг извлек из ножен свой меч с черным лезвием и ринулся на Мике­ланджело. Их клинки скрестились.

Ниндзя видел, что боец из Крага никудышный — это чувствовалось по его дви­жениям. Но, к своему изумлению, Мике­ланджело никак не мог поразить Крага. Черный меч словно сам руководил Крагом, парируя все удары киммерийца.

Тем временем Грегори напрягал все уси­лия, пытаясь привести в действие тяжелое железное колесо, которое раздвигало воро­та шлюза. Но ему это было явно не под си­лу. Тогда он подсунул под зубчатое колесо свой меч, используя его как рычаг, и нада­вил грудью на рукоятку. Колесо слегка сдвинулось с места.

Краг начал атаковать Микеланджело. Черное лезвие свистело у самой шеи чере­пашки. Краг уже дважды нанес легкие ца­рапины на правую лапу Микеланджело.

—                  Неужели ты тоже думаешь, что мо­жешь устоять против черного меча! — тор­жествующе расхохотался узурпатор умб­рийского трона.

Микеланджело чувствовал, что у него не остается никаких шансов выйти живым из этого поединка.

Черный меч просвистел у него над самой головой, едва не задев повязку.

—                  Спасайся, Микеланджело! — вдруг прозвучал спасительный крик Грегори со стороны плотины.

Не теряя больше ни секунды, Микеланд­жело тронул за поводья коня, который сам развернулся и поскакал к броду. Расшвы­ряв трех воинов, которые преграждали путь к реке, Микеланджело въехал в воду.

—                  Трус! От меня тебе все равно не уйти! — крикнул вдогонку Краг, пришпоривая коня.

Микеланджело выбрался на высокий ка­менистый берег в то время, когда Краг с ос­тавшимися в живых воинами еще был на середине брода. И в тот же миг Грегори приналег на рычаг. Раздался оглушитель­ный рев речного потока, который вырвался на простор.

Увидав, какая опасность им грозит, вра­ги в ужасе закричали. В следующую секун­ду река вокруг них поднялась и вздыбилась бушующими волнами. Водяная громада об­рушилась! на умбрийцев, бешено пенясь. Кони, шалея от ужаса, ринулись в поток. Его буйный рев заглушил дикие вопли вра­гов, исчезнувших среди пены.

Лишь один из воинов, который самым последним въехал в реку и оказался ближе всех к берегу, упал с коня, сшибленный по­током, и успел ухватиться за ветку ивы, растущей у самой воды. Выбравшись на землю, он стремглав кинулся вперед, вдоль течения. Спустившись по пологому берегу, он протянул руку и успел-таки схватить за волосы Крага, которого сильное течение во­локло по камням.