против Тренидатов — стр. 7

-   Боюсь, что и здесь ты не совсем прав,­ - не согласился учитель Сплинтер.

-   Почему?

-   Потому что Шредер и его главарь Супермозг не из тех простачков, с которыми вам приходилось иметь дела, - ответил Сплинтер.

-   Да, я согласен, - ответил Леонардо. - Но ведь с ними мы тоже сталкивались.

-   Согласитесь, - настаивал учитель Сплинтер, - что Шредер не чета остальным?!

  В ответ Леонардо неуверенно пожал плечами. Остальные черепашки тоже чувствовали, что учи­тель Сплинтер во многом прав. Но жажда приклю­чений так захватывала их воображение, что они не желали думать об опасностях. Им хотелось по­быстрее столкнуться со Шредером лицом к лицу, хотя черепашки ниндзя прекрасно знали, что этот мошенник всегда действует вне всяких правил.

-   Эйприл ответила! - радостно закричал Дона­телло.

  И черепашки сгрудились у переговорного устройства, которое было в лапах у Донателло.

-   Привет, черепахи! - улыбнулась и помахала рукой Эйприл.

-   Привет, Эйприл, - ответили черепашки.

-   Как поживаете? Что у вас слышно новенького? - поинтересовалась Эйприл.

-   У нас все по-старому, - ответил, улыбаясь, Донателло. - А ты чем занимаешься? Наверное, нашла какую-нибудь сенсацию?

-   С чего это вы взяли? - спросила Эйприл. - ­Небось, знаете что-то?

-   Да нет, просто долго не могли дозвониться,­ - неуверенно ответил Леонардо.

-   Просто через пару минут выпуск новостей, мне выходить в эфир, поэтому готовлюсь, ­бесхитростно ответила Эйприл. - Это вы все время в поисках загадочных приключений. Или я не права?

-   Права, конечно! - с довольной улыбкой ответил Леонардо. - По этой причине мы, собственно, тебя и разыскивали.

-   Значит, вы все-таки узнали что-то стоящее? - наконец стала понимать журналистка.

-   Ха-ха-ха! - рассмеялся Донателло.

-   Ах вы, шалунишки, - погрозила пальцем Эйприл. - Ладно, переключайтесь на шестой канал, а потом я сама свяжусь с вами. О'кей?

-   Хорошо, Эйприл, - ответил за всех Донателло. - Конец связи.

  И экран погас. Черепашки стали рассаживаться у телевизора, где уже шла заставка новостей шестого телеканала.

-   Здравствуйте, - улыбнулась с экрана Эйприл. - Привет всем, кто смотрит наш телеканал, и решил провести следующие десять минут вместе с нами, чтобы узнать обо всех последних новостях. Но обо всех ли?

  При последних словах Эйприл приятно улыбнулась и подмигнула, потому что знала, что чере­пашки сидели у телевизора и ловили каждое ее сло­во. Черепашки действительно внимательно слуша­ли Эйприл. Они надеялись, что хотя бы в рубрике происшествий упомянут о том, что из музея про­пала картина. Но вот уже Эйприл попрощалась с телезрителями и пошла заставка, а черепашки сидели и молчали.

-   Ничего не понимаю, - наконец нарушил тишину Леонардо. - Учитель Сплинтер, вы что-нибудь понимаете?

-   Если сказать честно, то нет, - отрицательно покачал головой Сплинтер. - Чтобы сказать о том, что выставка продолжается и ни слова о том, что на этой выставке произошла кража... Пусть даже не самой дорогой картины.

-   Я сейчас снова позвоню Эйприл, - подхва­тился со своего места Донателло.

-   Зачем? - остановил его Микеланджело.­ - Ты что, забыл? Она ведь сказала, что сама свяжется с нами, как только освободится.

-   Хорошо, подождем еще немного, - согласил­ся Донателло.

-   Учитель Сплинтер, - заговорил Рафаэль.­ - Скажите, неужели эта картина настолько незамет­на, что про нее совсем забыли?

-   Почему? - удивился учитель Сплинтер.­ - Наоборот, как вы могли сами убедиться, ею очень даже интересуются.

-   Да, но смотрители галереи, охранники,­ - продолжал Рафаэль. - Они ведь обязаны проверять целостность всех экспонатов перед закрытием музея.

-   Действительно, - поддержал Микеландже­ло. - Мы еще вчера беспокоились, что нас будут преследовать как похитителей.

-   А вас за что? - не понял Сплинтер.

-   Но ведь мы воспользовались тем же ходом, что и настоящие преступники, - стал объяснять Микеланджело. - К тому же, Леонардо забыл за­крыть за собой люк, когда мы забрались в вентиля­ционный ход.

-   Все это странно, - задумался учитель Сплин­тер. - Я даже не думал о том, что пропажа останется незамеченной. Мне следовало бы еще с утра сходить в музей и все увидеть своими глазами.

-   Теперь уже поздно, - сказал Донателло. - ­Но что-то Эйприл не звонит?

-   Не беспокойся, - успокоил Леонардо. - Она ведь на работе. А вдруг у нее как раз в эту минуту производственное совещание? Или срочный выезд в тот же музей? А может и еще что-то третье, четвертое и так далее?!

-   Возможно, ты и прав, - вздохнул Донателло.

  Он стал ходить по комнате взад и вперед, чтобы время шло быстрее. Потом вдруг что-то придумал и направился к картине, которая лежа­ла на столике, закрытая бумагой. Донателло осторожно протянул лапу и медленно стал припод­нимать край бумаги. Он делал это так, что со сто­роны можно было подумать, что он ожидает уви­деть там страшное чудовище, а не безобидную картину.

-   Что ты смотришь, Донателло? - обратил внимание на странное поведение друга Микеланджело.

  Он подошел к Донателло, который стоял рядом с картиной. За ним последовали Леонардо и Рафаэль.

-   Не знаю, как Рафаэль, - стал говорить Донателло, - но лично я вчера, когда подошел к ней, почувствовал, как на меня повеяло ветром. Я даже подумал, что кто-то из вас не спит и решил надо мной пошутить, открыв дверь и устроив сквозняк.

-   То же самое почувствовал и я, - согласился с другом Рафаэль. - А потом меня стало затягивать в картину, словно передо мной был огромный пылесос, а не кусок ткани в раме.

-   Не говори так, Рафаэль, - вдруг предупредил учитель Сплинтер.

-   Вы думаете, тренидаты все слышат - удивился Донателло.

-   Я уверен, что картина живая, - ответил учитель Сплинтер. - Кроме того, не забывайте, что это переход в другую реальность.

-   Как бы мне хотелось там тоже побывать, - размечтался Леонардо. - Там, наверное, так инте­ресно. Кроме того, хотелось бы встретиться с призраком сэра Питера и узнать у него, как же на самом деле все происходило?

-   Глупыш, - ответил на это учитель Сплин­тер. -  Лучше берегись этого пространства.

-   Почему? - удивился Леонардо. - Ребята ведь там побывали.

-   И с ними ничего не случилось, - добавил Микеланджело.

-   Да, - согласился учитель Сплинтер. - Но я уверен, что только потому, что они не успели там напроказничать. В противном случае, они попол­нили бы число вальдхоузских призраков.

-   Ну не-ет, - отрицательно покачал головой Донателло, вспоминая ночное путешествие,­ - тогда уж я лучше буду сидеть в этой комнате совсем без приключений и смотреть телевизор.

-   Струсил? - стал подшучивать над ним Ми­келанджело.

-   Ты же знаешь, я ничего не боюсь, - спо­койно ответил Донателло. - Мне просто не нра­вится перспектива остаться в этом приключении навсегда. Согласись, одно и то же каждый день, каждый месяц и все остальные годы...

  И Донателло скривился и отрицательно покачал головой, а черепашки и учитель Сплинтер дружно рассмеялись над такой логикой своего друга.

  В этот момент в дверь постучали. Черепашки ниндзя и учитель Сплинтер из-за своего смеха ничего не услышали. Через минуту в дверь опять постучали - уже с большей силой.

-   Ну вот, расшумелись так, что даже не слышим стука, - сказал Микеланджело и направился отпи­рать дверь.

-   Эйприл!!! - радостно завопили черепашки, продолжая смеяться.

-   Что смешного вы находите в том, что у дверей стоит молодая девушка, журналистка, любящая сенсации? - удивилась Эйприл. - К тому же, ваш друг, - добавила она.

-   Нет, ты неправильно поняла, - стал объяс­нять Микеланджело. - Мы смеялись совершенно по иному поводу.

-   Да? И что же это за повод? - спросила Эйприл, проходя в комнату.

-   Этот повод - Донателло, - выступил вперед учитель Сплинтер.

-   Здравствуйте, Сплинтер, - поздоровалась де­вушка. - И что же такого смешного он вам рас­сказал?

-   Это словами не передашь, это нужно было еще и видеть, - ответил учитель Сплинтер.­ - Проходи, садись.

  Эйприл заняла место на диванчике. Рядом с ней разместился учитель Сплинтер, а черепашки усе­лись вокруг них на стульях.

-   Ты же обещала нам позвонить, - упрекнул девушку Донателло.

-   Да, - ответила та. - Но у меня появилась свободная минутка после выпуска новостей, и я решила, что будет лучше, если лично поговорю с вами.

-   И правильно решила, - сказал Сплинтер.­ - То, что мы хотели тебе рассказать, очень интересно и важно.

-   Жаль, что я немного опоздала, - улыбну­лась Эйприл. - И Донателло, скорее всего, не сможет повторить в точности сказанное. А так бы хоте­лось посмеяться.

-   По правде говоря, я и сам не знаю, что вызва­ло у них такой смех, - произнес Донателло.

  И тут все снова рассмеялись.

-   Ну, а какую же сенсацию вы приготовили мне? - подводила к главному Эйприл.

-   Самую грандиозную! - воскликнул Донателло.

-   Даже так? - удивилась девушка и обвела взглядом черепашек и учителя Сплинтера.

-   Да! - ответил Рафаэль. - Ты даже не пред­ставляешь, Эйприл, насколько она удивительная и загадочная!

-   Ладно, сдаюсь, - сказала девушка. - И что же это за таинственная сенсация?

-   Ты о ней знаешь, - хитро улыбнулся Лео­нардо.

-   Знаю? - удивилась Эйприл.- Вот так но­вости. Не держите же меня в неведении, говорите. Я начинаю сгорать от любопытства!

-   А ты попробуй отгадать, - настаивал Дона­телло. - Рафаэль прав, ты знаешь, потому что говорила о ней в выпуске новостей.

-   Нет, - отрицательно покачала головой Эйприл. - Я же сказала, что сдаюсь. Тем более, что загадок без отгадок мне хватило за сегодняшний день на работе. Ну, говорите же. С меня боль­шая-пребольшая пицца.

-   Ура-а!! - закричали черепашки так, что Эйприл демонстративно закрыла уши.

  Учитель Сплинтер поднял руку и попросил чере­пашек замолчать. Те быстро поняли, что от них тре­буют и тут же перестали смеяться.

-   Речь идет о выставке, которая проходит в Уайтхолл-галери, - начал рассказывать учитель Сплинтер.

-   Ах, вот вы о чем? - догадалась Эйприл.

-   Так ты знаешь обо всем? - разочарованно спросил Донателло.

-   О выставке? Ну конечно! - ответила Эйприл. - Я сама там была на открытии.

-   Нет, - заперечил учитель Сплинтер. - Вы с Донателло не поняли друг друга. Он спросил, знаешь ли ты о том, что на этой выставке вчера произошла кража?

-   Кража? - удивилась Эйприл. - Вчера?

-   Да, - спокойно продолжал говорить учитель Сплинтер.

-   А вы ничего не путаете? - не поверила Эйприл. - Ведь из Уайтхолл-галери практически невозможно ничего украсть. А во-вторых, новости - ­моя профессия, моя работа. И я всегда выпол­няю свою работу на отлично. По крайней мере, старалась так делать до сего момента.

-   Мне тоже странно, что о пропаже картины никто не заявил, - сказал учитель Сплинтер.

-   Но уже тринадцать часов! - удивилась Эйприл. - И при том следующего дня! А вы точно уве­рены, что кража произошла? Я хочу сказать, вы не могли ошибиться?

-   Донателло, - обратился учитель Сплинтер.­ - Покажи.

  Донателло встал и направился к столику, на ко­тором лежала картина. Он был очень рад, что учитель поручил именно ему сделать это - поднес­ти картину Эйприл. А девушка тем временем провожала Донателло ничего не понимающим взгля­дом.

-   Вот она, - поднес картину Донателло и стал ее разворачивать.

-   Если тебя интересует название, вот оно, - сказал учитель Сплинтер и протянул журналистке каталог выставки.

-   Номер тысяча семнадцать, - задумчиво про­читала Эйприл. - В международном каталоге ­Джи Би восемь один ноль ноль три эс, Страхо­вочная стоимость - пятьдесят тысяч долларов. Название – «Замок Вальдхоуз».

  Эйприл отвела взгляд от каталога и посмотрела на картину, а потом на учителя Сплинтера.

-   Ничего не понимаю, - продолжала она в какой-то задумчивости. - Что это все значит? И как картина оказалась у вас?

  И учитель Сплинтер неторопливо стал рассказы­вать обо всем, что произошло вчера в музее. Он был справедлив и к черепашкам, давая высказаться каждому из них в тех местах, где они действо­вали сами. А потом Донателло и Рафаэль поведали Эйприл о своих ночных приключениях, которые закончились прогулкой по старинному замку толь­ко под утро.

-   Вот так новость, - никак не могла поверить в рассказанное Эйприл.

-   Тебе придется раскошеливаться на огромней­шую пиццу, - попробовал пошутить Донателло.

  Но, видя, что Эйприл просто ошарашена их сообщениями, он перестал приставать к ней и сел на свое место.

-   И что вы намерены делать теперь, учитель Сплинтер? - наконец поинтересовалась Эйприл.

-   Для этого мы и позвали тебя, - ответил тот. -­ Как ты понимаешь, нам не резон соваться в музей и узнавать, что там известно о пропаже. Точно так же и с возвращением картины. Если мы при­несем ее, нас тут же могут схватить, как похитителей.

-   Да, это правильно, - согласилась Эйприл.­ - Я пойду в музей сама и разузнаю, что там происходит.

-   Ты сообщишь нам результат? - спросил Леонардо.

-   Вы будете первыми, кому я расскажу о результатах своего маленького секретного расследования, - улыбнулась Эйприл черепашкам.

  Девушка заторопилась уходить.

-   А может нам пойти с тобой? - неожиданно предложил Донателло.

-   Я не знаю, - пожала плечами Эйприл.

  Учитель Сплинтер заметил, что девушке неудоб­но было отказывать черепашкам, но в то же время она не могла взять их с собой по той простой причине, что отправлялась на работу.

-   Я думаю, что этого не стоит делать, - вме­шался он в разговор. - Ведь Эйприл идет в музей не на экскурсию, а вроде как на работу.

-   Ладно, - согласился Донателло. - Тогда мы останемся. Пока, Эйприл.

  Эйприл благодарно улыбнулась учителю Сплин­теру, попрощалась и вышла. Черепашки остались дожидаться ее звонка дома.

  Прошло два с половиной часа, как ушла девушка. Черепашки несколько раз включали телевизор, надеясь увидеть журналистку в выпуске новостей, где она поведает о сенсационном происшествии. Но все было напрасно. И вдруг Эйприл сама позвонила. Микеланджело первым подоспел к переговорному устройству.

-   Черепашки слушают Эйприл! - ответил он на звонок.

-   Микеланджело, я только что из музея,­ - сказала Эйприл.

-   Ты что-нибудь узнала? - спросил через пле­чо друга Рафаэль.

-   По переговорнику ничего не расскажу,­ - ответила Эйприл. - К тому же, я звонила на телеканал. Мне еще вести вечерний выпуск новостей через сорок минут. Потом я заскочу к вам. Тогда и поговорим. Хорошо?

-   Мы ждем тебя, Эйприл, - ответил Микел­анджело.

-   Пока, черепашки! Конец связи, - сказала Эйприл, и экран переговорного устройства погас.

  Черепашки ниндзя дождались выпуска новостей, но Эйприл о картине... не сказала ни слова.

-   Вот тебе и раз! - разочарованно вздохнул Донателло. - Что это с Эйприл? Может, она забыла?

-   Как она могла забыть? Соображаешь, что говоришь? - постучал по лбу Микеланджело. - ­Я вообще-то тоже ничего не понимаю. Может, вы объясните нам, учитель Сплинтер, что могло произойти?

-   Для меня это такая же загадка, как и для   вас, - ответил учитель Сплинтер. - Дождемся Эйприл, и она прольет свет на это таинство.

  Эйприл не заставила себя долго ждать. Она возвратилась к черепашкам, как и обещала, сразу же после выпуска новостей.

-   Послушай, Эйприл! - сразу набросился на нее недовольный Донателло. - Объясни, пожалуй­ста, что все это значит?

-   Я тоже не поверил своим ушам, - поддержал Микеланджело. - По-моему, ты впервые скрыла информацию от широкой публики.

-   Подождите, друзья, - остановила их девуш­ка. - Я постараюсь вам все объяснить.

-   Да уж, сделай милость, - нахмурился Донателло и встал в позу Геракла.

-   По дороге в музей я все время думала о том, что произошло, - стала говорить Эйприл. - У меня никак не выходило из головы то, что вы мне рассказали. И я подумала: а что, если Шредер уже следит за мной? Что, если он сделал засаду в музее? Он ведь знает о вашей доброте и, следовательно, догадывается, что картина будет возвраще­на музею. При его снаряжении, о котором вы мне говорили, он сможет сделать это за пару минут. Но вас ведь не будет рядом? Согласны?

-   И что же? - не понимал к чему она клонит Донателло.

-   Он воспользуется первым же моментом и до­ставит картину Супермозгу без лишних проблем! - ответила Эйприл.

-   А что придумала ты? - поинтересовался Рафаэль.

-   Мы возвратим картину спокойно и без лишнего шума, - стала излагать свой план Эйприл. - Я уже договорилась с владельцем галереи.

-   Ты ему все рассказала? - удивился Лео­нардо.

-   Конечно же, нет, - ответила девушка.­ - Я просто сказала, что картина представляет инте­рес для одного обезумевшего коллекционера. Он решил, что с него хватит хлопот и без кражи. Поэтому я уговорила его спрятать картину до окончания выставки.

-   Шредер все равно не успокоится, - отрицательно покачал головой Леонардо.

-   К тому же, он ведь не знает о том, что и мы открыли тайну замка Вальдхоуз, - добавил Микеланджело.

-   Что из этого? - спросила его Эйприл.

-   Мне кажется, он станет разыскивать нас, - объяснил Микеланджело.

-   Ты думаешь, что он что-то узнает от нас?­ - спросил его Донателло.

-   Я этого не говорил.

-   Ребята, - вмешался в разговор учитель Сплинтер. - Мне кажется, что Эйприл права. Мы передадим картину обратно музею и тем самым если и не спасем мир от катастрофы, то все же отодвинем этот момент на неопределенное вре­мя. И тогда у нас появится один ход в нашу пользу.

-   Ладно, - согласился Донателло. - Мы ведь не для себя отняли ее у Шредера.

-   И я согласен, - поддержал Микеланджело.

-   И я, - вторил ему Рафаэль.

-   Я тоже, - махнул лапой Леонардо. - Других вариантов у нас все равно нет.

-   Тогда собирайтесь в дорогу, - сказала Эйприл. - Мы повезем картину в музей.

  Было еще совсем не поздно, но на улице лежал осенний сумрак. Эйприл и черепашки выбрались из канализации и остановили первое попавшееся им такси. А через полчаса они все вместе уже входили в музей. Вернув картину, черепашки немедленно возвратились домой, а Эйприл отправилась по своим служебным делам.

-   Знаете, ребята, - сказал Донателло, когда они собирались ложиться спать. - У меня такое чувство, что мы отказались от классных приключений.

-   А у меня нет, - ответил Леонардо.

-   Не знаю, но лично у меня очень нехорошее предчувствие, - сказал Рафаэль. - Особенно от этого владельца галереи, мистера Болдуина.

-   Он тебе не понравился? - поинтересовался Микеланджело.

-   Мне кажется, что он нас обманул, - объяснил свое подозрение Рафаэль. - Ему просто не нужны были неприятности, поэтому он наобещал нам с три короба.

-   Да, а мы и уши развесили, - поддержал со­мнения друг Микеланджело. - Я тоже думаю, что маловероятно, чтобы такой жадный и хитрый, как лис, человек сдержал до конца свое слово.

-   Поживем - увидим, - сказал на это Леонар­до, ложась в постель. - А теперь пора отдохнуть. Выключайте свет.

  И черепашки ниндзя улеглись спать.

  А утром их разбудил неожиданно ранний звонок переговорного устройства. Первым подхватился Рафаэль. Он вскочил со своей кровати и никак не мог сообразить, откуда доносится такой противно-пронзительный писк.

-   В чем дело? - замурлыкал Донателло.

-   Кто это тревожит нас в такую рань?- потянулся Микеланджело.

  Но когда до черепашек ниндзя дошло, что это звонит переговорное устройство Эйприл, остатки сна покину ли их, и они быстро нашли свой перего­ворник и включили его.

-   В чем дело, Эйприл? Почему ты звонишь в такую рань? - непонимающе спросил Донателло.

-   Извините, черепахи, - заговорила девушка. - Но дело не терпит отлагательств.

-   Картина? - догадался Рафаэль.

-   Да, - коротко ответила Эйприл.

-   Шредер все-таки украл ее? - спросил Донателло.

-   Нет, ребята, хуже, - покачала головой Эйприл.

-   А что может быть хуже? - не понял Лео­нардо.

-   Картина ожила, - сказала девушка. - Ско­рее включите телевизор, и вы все узнаете. Минут десять назад мне позвонил мистер Болдуин. Он не послушался предупреждений и вместо того, что­бы спрятать картину, вывесил ее на прежнее место. А ночью...