против Зловещего Духа Мертвецов — стр. 28

ГЛАВА 5. ТЯЖЁЛОЕ ПОРАЖЕНИЕ

Король объявил поход. Во всех концах города велась спешная подготовка к выступлению войск. Воины чистили свои латы и оружие, готовили седла и упряжь. Горожане снаряжали обоз с провиантом огромной армии.

В поход должны были идти основные силы войск горожан, а также наёмные войска и войска сеньоров. И вот наступило утро, когда воины должны были покинуть город.

Было сыро и прохладно. В небе тускло светило солнце. Создавалось такое впечатление, что весь город ночью не спал. С самого утра улицы были заполнены народом. Плакали женщины и дети, мрачно, исподлобья смотрели на военных мирные горожане. Ведь город оставался практически без защиты. В нём были оставлены только немногочисленные отряды охраны замковых стен.

И вот турий рог протрубил сигнал к сбору. Соборная площадь заполнилась тысячами вооружённых людей. Блестели на солнце латы, бряцало оружие, ржали кони, лаяли собаки. Над всеми возвышался король Ричард на великолепном белом скакуне. Глаза его блестели восторженным огнём. Он был возбуждён и решителен.

– Не позволим мертвецам надругаться над живыми! – громко кричал он, проносясь на своём коне мимо тесных рядов рыцарей и солдат-ландскнехтов.

В ответ воины грозно потрясали в воздухе мечами и щитами. Наконец колонны тронулись и медленно потянулись в направлении городских ворот. Город наполнился топотом тысяч тяжеловооружённых людей. На ветру развевались красочные знамёна и плюмажи на рыцарских шлемах. Даже коням передалось возбуждение людей. Они вскидывали головы. Нетерпеливо приплясывали, размахивали хвостами.

Мимо горожан проходили отряды тяжеловооружённой конницы и лёгких всадников, пеших воинов, лучников, арбалетчиков и копьеносцев. За ними с тяжёлым стуком колёс тянулся длинный хвост обоза. Вот, наконец, последний солдат прошагал по доскам подвесного моста. Вслед уходящим мрачно смотрели воины, оставшиеся нести стражу на городских стенах. Им было не по себе. С уходом войска в души их вселилась тревога.

Микеланджело, Донателло и Рафаэль тоже ехали с отрядом конных рыцарей, чуть поодаль от короля Ричарда. Хотя они были против этого похода и почти не сомневались в бессмысленности и бездарности замысла короля Ричарда, они не смогли остаться в городе и сидеть, сложа руки. Они знали, что должны быть рядом со своими соратниками, вместе с солдатами, которые шли на войну со Злом, и которые верили им, верили, что пришельцы из будущего помогут в священной войне против полчищ мертвецов.

Армия короля Ричарда медленно продвигалась по дороге, окружённой с обеих сторон глухим лесом. Для того чтобы выйти к лагерю рыцаря Гейдельбрехта, войскам необходимо было пересечь необъятные лесные просторы, которые располагались к северу от города.

Животные, издали почуяв содрогание земли от шагов тысяч закованных в латы людей, разбежались и спрятались в самых дальних, непролазных чащобах. Ни один заяц не промчался среди деревьев вдоль лесной дороги. Никто не услышал медвежьего рыка. Никто не увидел лосиных рогов. Даже птицы не пели – деревья стояли тихими и мрачными.

На душе у черепашек было тяжело.

– Хорошо Леонардо! – воскликнул Донателло. – Закрылся себе, удалился от дел. Видите ли – у него депрессия. Хотел бы я быть на его месте. Сидит в комнате, попивает вино, даже носа не показывает из дома.

– А я бы не хотел оказаться на его месте, – не согласился Микеланджело. – Это-позор! И позор не только его, но и наш, потому что люди смотрят на нас как на что-то целое. Как будто нас не четверо, а все мы вместе – один пришелец из будущего. И то, что какая-то часть позволяет себе быть слабонервной и слабохарактерной, вселяет в их души недоверие к нам. Своим бессовестным поведением он бросает тень на всех нас. Вы должны это понять.

– Я это давно понял, – ответил Рафаэль, – только что с ним сделаешь? Побить его, что ли?

– Я всё ещё надеюсь, – сказал Микеланджело, – что он своей головой додумается. И нам не придётся приводить его в чувство силовыми методами.

– Я вообще-то догадываюсь, – протянул Донателло, – как можно его пристыдить.

– Как? – спросил Рафаэль.

– Не будем сейчас об этом, – уклончиво ответил Донателло. – Не время.

Когда бескрайний лес наконец-то кончился, в том месте, где дорога выходила в открытое поле, авангард армии встретил малочисленный отряд вражеских наблюдателей. Легко вооружённая конница пришпорила своих коней и бросилась вдогонку за неприятелем. Почти все мертвецы были перебиты, но нескольким из них удалось скрыться.

С этого момента поход перестал быть тайной для мертвецов, и враг внимательно наблюдал за передвижением людских войск.

Когда войска были совсем недалеко от укреплённого лагеря, лазутчики доложили, что мертвецы покидают его в панике и спешно отступают в сторону гор.

Это донесение окрылило короля Ричарда. Он просто пришёл в восторг.

– Вот видите, я был прав! – кричал он своим соратникам, которые дружно поддерживали его одобрительными возгласами. – Мы догоним мертвецов и ударим им в спину. Но для начала сожжём их вонючее логово. Пусть неповадно будет разным там Гейдельбрехтам даже помышлять о том, чтобы сломить нас – бесстрашных рыцарей!

Но войска Ричарда прибыли к лагерю мертвецов только к позднему вечеру и не осмелились ночью вступать в крепость. Они расположились под самыми воротами.

Ночью же сильно испортилась погода, пошёл холодный дождь.

Все лазутчики повозвращались обратно, потому что дальнейшее наблюдение за передвижением неприятельских войск стало невозможным.

Солдаты зажгли костры, но они так и не сумели просушить мокрую одежду. С неба лились холодные струи дождя. За всю ночь никто так и не смог сомкнуть глаз. Все продрогли до нитки, и под утро почти у каждого воина от холода стучали зубы.

Как только забрезжил рассвет, войска приободрились и смело направились к воротам крепости. Передовые отряды первыми должны были войти в укреплённый лагерь и сжечь его.

Но когда кнехты подошли к стенам, на них стали падать камни, литься кипящая смола, в воздух взмыли тучи стрел.

– Проклятье! – вскричал король Ричард. – Кто сказал, что мертвецы в страхе разбежались?! Повесить лгуна немедленно!

Но, к счастью безвинного человека, никто так и не смог наутро припомнить, кто из разведчиков принёс весть, что войска Гейдельбрехта, испугавшись несметного количества солдат короля, покинули крепость.

Когда труба протрубила «отбой», и солдаты стали отступать от стен, на горизонте появилась странная колышущаяся, лавиноподобная масса. Это не были ни ураган, ни чёрная грозовая туча. Это были войска рыцаря Гейдельбрехта, которые завершали обманный манёвр.

Они ударили в спину наступавших. Войско короля было совершенно не готово к битве, а поэтому мертвецы безнаказанно врезались в ряды растерявшихся воинов, размахивая мечами и нанося страшные удары налево и направо.

Мертвецам удалось взять войска людей в полукольцо и прижать их к земляному валу и рву. В этот самый тяжёлый момент, когда люди Ричарда находились в полной растерянности, и лишь кое-где вяло отбивались от наступавших, опустился подъёмный мост, и по нему из крепости на помощь войскам мертвецов выступили новые полчища.

Люди оказались в полном окружении. Началась паника.

Нагнув головы, мертвецы сквозь решётки забрал уставились на открывшуюся им картину, а затем, вонзив шпоры в бока мёртвым коням, ринулись в самое пекло. Одна за другой мчались их толпы и вскоре уже тысячи тварей обрушились на войска короля Ричарда. Увидев, что из крепости пришла подмога, полуистлевшие воины рыцаря Гейдельбрехта закричали и с новой яростью ударили на людей.

По всему фронту закипела ожесточённая битва. Земля обагрилась потоками крови, небо омрачилось, и послышались глухие раскаты грома. В рядах людей началось смятение, а восторженные полчища мертвецов уже запели жуткую победную песнь.

Но в это время произошло нечто ещё более страшное. Один из поверженных мертвецов вспорол мечом брюхо коня, на котором сидел рыцарь, державший большое и священное для всего войска знамя короля Ричарда. Мгновенно рухнули скакун и всадник, а вместе с ними заколебалось и упало знамя. Один миг – и сотни полуистлевших рук протянулись за ним. Мертвецы заревели от восторга.

Им казалось, что это уже конец, что страх овладеет людьми, что приходит для людей час поражения, истребления, а им остаётся только преследовать и уничтожать бегущих. Но они жестоко обманулись в своих ожиданиях.

При виде падающего знамени у людей вырвался из груди крик отчаяния. Но не страх, а ярость заурчала в этом отчаянном крике. Словно жаром обдало панцири. Самые грозные рыцари, как разъярённые львы, ринулись к поверженному знаменосцу, и буря поднялась вокруг знамени. Люди и кони сбились в один чудовищный клубок. Слышалась брань, скрежетали мечи, свистели секиры, сталь лязгала о сталь, а гром, стоны и дикие крики сражённых слились в один ужасный хор.

Недолгим был этот бой. Ни один мертвец не вышел из жаркой схватки, и над войском короля Ричарда снова взвилось отбитое знамя. Ветер повеял на него, развернул полотнище, и знамя раскрылось, как огромный цветок, как символ надежды на полную победу Добра над Злом.

Но кто же был тот отважный рыцарь, который первым подхватил и поднял с земли поверженное знамя? Когда мертвецы под отчаянным натиском отступили, все увидели, что в центре сечи на своём взмыленном коне сидит израненный и окровавленный Донателло, держа знамя в руках. Ричард, сам находившийся в гуще боя, увидел, что его собственное знамя спас один из бесстрашных героев ниндзя черепашек и в голове его успела мелькнуть мысль, что он поступает неразумно, злясь на них и не слушая их советов. Он понял, что Микеланджело, Донателло и Рафаэль также преданы общему делу, как и самые верные его придворные.

Рыцарь Гейдельбрехт, который наблюдал за ходом сражения с холма, увидел, что в рядах его посеялось смятение, а войска людей наоборот воспрянули духом. И тогда он решил напасть на короля Ричарда, который носился в гуще сражения. За рыцарем последовали самые отборные войска, находившиеся до сих пор в резерве.

В свите Ричарда тотчас заметили опасность, но отступать было уже поздно. Королевская стража стала стеной, чтобы грудью защитить государя. Однако Ричард, не обращая на них внимания, выехал на коне в первый ряд. Пока они построились, мертвецы подошли так близко, что можно было ясно различить гербы на их щитах. Самое отважное сердце содрогнулось бы от одного вида этих тварей – в бой шёл весь цвет знаменитого некогда рыцарства.

В ржавых доспехах на дохлых конях, но не уставшие от битвы, в которой они пока не принимали участия, а напротив, полные сил, они мчались под чёрными знамёнами, как ураган, с громом и топотом, а сам рыцарь Гейдельбрехт летел впереди в широком чёрном плаще, развевавшемся на ветру, подобно огромным крыльям орла. Они уже миновали фронт сражения и неслись туда, где кипела самая жаркая битва.

Гейдельбрехт пригнул голову, направил копье и донёсся прямо на короля. Не успела стража заслонить своего правителя грудью, как тот вонзил шпоры коню в бока и ринулся на мертвеца. Они неминуемо сошлись бы в смертельной схватке, если бы не Микеланджело. Он, с обломком копья в руке, с боку подскакал к Гейдельбрехту и, ударив по голове, разбил шлем и свалил мертвеца на землю. В ту же секунду король размахнулся мечом и обезглавил предводителя мертвецов.

Лишённые руководства, войска мёртвых пришли в некоторое замешательство. Это сразу же заметил Донателло и, высоко вскинув знамя короля, бросил своего коня в прорыв. Кнехты с воинственным кличем тут же кинулись за ним. Им удалось разорвать кольцо, разметать в стороны пытавшихся сдержать натиск мертвецов, и войска Ричарда стали отступать в сторону пущи, уходя от неминуемого поражения. Этот манёвр людей взбесил мертвецов, которые в лютой ярости мгновенно перестроились и тут же бросились вдогонку. Они волнами накатывались на арьергард и лишали жизни каждого, кто хоть на секунду терял самообладание.

С каждой новой атакой ярость их все возрастала. И вот уже мертвецы готовы были врезаться в самый центр отступавших людских войск, разметать в стороны людей, обратить в прах войско Ричарда и оставить без защиты город, открыть путь к завоеванию королевства и установлению на земле вечной империи Зла. Это поняли черепашки.

И тогда Рафаэль свистом созвал свой обученный отряд, на ребят из которого он мог положиться так же, как на своих друзей. Пропустив вперёд отступавших, они быстро построились фронтом к мчавшимся мертвецам. Когда первые ряды трупов достигли их, началась настоящая сеча.

Люди как молнии крутили над головами мечи, вращали цепами и арканами, верёвками с крюками-кошками на конце. Они отрубали головы наступавшим мертвецам, захватывали их в петлю и стягивали наземь. Спутывали верёвками ноги их коням. Проламывали шлемы и головы. Вокруг каждого из воинов вырастали горы костей, обтянутых истлевшими тканями, закованных в ржавую помятую броню. Над полем боя стояли визг и крики: «Банзай!».

Не ожидавшие такого мощного сопротивления мертвецы отхлынули назад. Этот манёвр отряда Рафаэля дал возможность войскам короля Ричарда перегруппироваться и перестроиться, чем спас их от полного разгрома.