Дерево Познания — стр. 16

ГЛАВА ПЯТАЯ

Опустившись в глубокий провал, между горными хребтами, черепашки тотчас принялись исследо­вать его.

— Я тут бывал,— сказал Раф,— но у меня в па­мяти почти ничего не осталось. Знаю, что здесь, на черной глубине, нельзя долго смотреть вниз, не то риск есть отползти прочь на четвереньках.

— Почему? — спросил Микки.

— Тошнит...

Стены трещины, ведущей в мир вечных сумерек, были совершенно отвесны. Казалось, в неосвещен­ной глубине скрывается вертикальное простран­ство недосягаемой протяженности. Мрак был как бы отражением черного неба.

Первым спускался Лео. Его плечо все время касалось скалы, и он не без усилия отвергал по­стоянные позывы глянуть вниз. Его нервы были напряжены, как в крупной игре.

Он медленно обогнул возникший на пути выступ: за темной аркой из камней была какая-то тропа. Она круто поворачивала в ущелье.

Отбрасывая ногой камни, чтобы не поскользнуть­ся на этом выпуклом карнизе, Лео на миг остано­вился.

— Дальше надо ползти,— сказал он друзьям.

Черепашки ползком, друг за дружкой, одолели опасную тропу и внезапно оказались в новом про­странстве.

Унылая местность, которой впору бы в сумрач­ный день служить вестибюлем ада, кончилась.

— Мы на свободе? — неуверенно поинтересо­вался Микки.

— Да, интересно, куда мы попали,— протянул Раф.

Они пробирались теперь в зарослях. Кругом было полно ям, поверженных бурей деревьев.

— По-моему, мы приближаемся к новой трещи­не,— сказал Лео.

— Какой трещине? — переспросил Раф.

— Которая приведет нас к Колдуну.

— Тогда не мешало бы сразу исследовать ее,— предложил Донателло.— Этот Высочайший живет, словно крот... Во всех измерениях...

— Ладно, не будем терять сил на пустую болтовню,— сказал Лео.

Он то и дело нагибался, присматриваясь к каме­нистым осыпям, поросшим кустами, и у одной из них повернул направо.

Друзья поспешили за ним.

Лео увидел нечто вроде узкой долины, сжатой известковыми выступами. Здесь росла густая и влажная трава. Но далее картина неожиданно из­менилась: трава исчезла и в темной гряде скалис­тых возвышений обнаружилось резкое углубление с зубцом голубого неба вверху. Это и был проход к Дворцу Колдуна.

— Здесь,— сказал Лео.

Все остановились.

— Надо бы найти место для укрытия,— пред­ложил Дон.

— Давайте спустимся в ущелье,— решил Лео.

Он опять пошел впереди, за ним Дон, следом Раф и Микки.

Дно ущелья было усеяно известковыми глыбами, пластами осыпавшегося сверху дерна, корнями по­гибших деревьев, скелетами птиц и рыб. Кое-где сочилась неприятно пахнущая вода. В крутых, тесных изгибах стен, поросших на высоте почти заслоняющим свет и небо кустарником, зарождал­ся воздушный поток, напоминающий мягкий ветер лесов. Сырость, застоявшаяся тишина и вечный сумрак придавали этому миру характер мрачный и дикий...

— По-моему, здесь не худо бы развести кос­тер,— сказал Раф.— Как думаешь, Лео?

— Верно! Всякое может случиться...

Через несколько минут костер разгорелся, на­полняя ущелье низко оседающим дымом и красной игрой теней.

В этом фантастическом освещении лица друзей казались вымазанными алой краской и углем.

— Раф, ты точь-в-точь как подземный дух этой дыры,— засмеялся Микки.

— А ты — как приведение! —ответил Раф.

Донателло прислушивался ко всем звукам извне.

— Что-нибудь слышно, Дон? — спросил Лео.

Донателло закрыл глаза, повертел головой.

— Что, Дон? — не стерпел Микки.

Донателло хмыкнул и приложил ухо к огром­ному валуну.

— Лео,— прошептал он,— вы подождите здесь, а я скоро вернусь.

— Что случилось?

— Не знаю,— уклончиво ответил Дон.— Воз­можно, это игра воображения, но я возьму с собой распылитель... прогуляюсь.

— Будь осторожен! — сказал Лео.

Дон улыбнулся.

Через минуту он исчез во тьме.

— Где же Огненный меч? — прошептал Мик­ки.— Где нам искать?

— Наверняка Колдун подобрал его,— отклик­нулся Раф.

— Как же нам быть? А? Лео? — не отставал Микки.

Лео молчал.

— Вы ничего не слышите? — вдруг тихо спро­сил он.

— Нет. А ты?

— Вроде...— Лео перебил себя.— Наверное, Дон возвращается.

Осторожные медленные шаги в силу своеобраз­ной акустики звучали с разных сторон, словно зеркальные осколки.

— Не толпа ли сюда движется? — произнес Микки.

Но в тот же момент появился Дон.

— Мой распылитель, пожалуй сослужит нам службу,— сказал он.

— Что там, Дон? — спросил Лео.

— Дальше идти нельзя.

— Почему?

— Я прошел далеко, до какого-то поворота, по­том полз,— рассказывал Донателло,— пока не услышал шум, напоминавший проливной дождь. Шум переходил в голоса. Я не мог ничего расслы­шать, но кто-то шептался там, пополз дальше. На­конец увидел светлое пятно — это был выход в иной мир.

— Что же там? — встрепенулся Лео.

— А там на камне сидит ящер. По-видимому, один из ящеров Колдуна. Он их расплодил великое множество. Вокруг ящеров куча этих самых Ша­ров...

— Наверное, это была самка! — воскликнул Раф.

— Что?

— Ну, самка на яйцах...

Друзья рассмеялись.

— Вполне возможно,— неожиданно согласился Лео.

— Это все,— подытожил Дон.— Я вернусь.

— Хорошо,— сказал Лео.— Что будем делать дальше?

— Надо выходить утром,— сказал Донателло.

— Почему?

— Будет больше энергии Солнца для моего рас­пылителя,— Лео задумался.

— Мне пришла в голову одна мысль! — восклик­нул Донателло.— Уверяю вас, друзья, это выход! Вот послушайте!

— Ну, говори.

— Можно обмануть ящера!

— Как?

— Недалеко отсюда проход сужается, стены там круты и высоки... Устроим ему из камней засаду!

— Лабиринт? — догадался Лео.

— Вот именно! — воскликнул Дон.— Обманем его. Пошумим там, высунемся... Он, увидев нас, бросится по одной дороге, а мы тем временем — по другой. Пока он соориентируется, мы выиграем время.

— Ладно, давайте так и сделаем,— согласился Лео.

— Не будем ждать утра,— сказал Раф, собирая тяжелые камни.

— За дело! Поспешим! — ликовал Микки.

Друиды и волшебница Нара плыли на своем деревянном корабле по подземной реке. Ночь не пугала их ни стонами, ни свистом, ни шуршаньем, ни шорохами, и все же было беспокойно — ка­кая-то странная, тревожная ночь... Ялли первым не выдержал тишины и окликнул Трилли:

— Эй, ты не спишь?

— Нет,— буркнул Трилли.— И едва ли засну.

— Почему? Здесь же пока тихо...

— Ты же знаешь, я неврастеник,— пробовал отшутиться Трилли.

Ялли сел рядом:

— У меня то же самое.

— Что?

— Предчувствие. Что-то должно случиться.

— Что именно?

— Не знаю... Что-то нехорошее, страшное.

— Брось!

— Но ведь и ты боишься?

— Может, это просто микроклимат,— сказал Трилли.— Все же этот мир,— как и часть нашей планеты... Ты понимаешь, о чем я хочу сказать?

— Не-е-ет,— протянул, Ялли.

— Ну, длительное влияние радиации... Колдун ведь проводит здесь опыты с этими Шарами, ящерами...

Трилли боязливо огляделся по сторонам.

— Так действуют же плоды с дерева Познания, его листья, цветы,— возразил Ялли.— Они очи­щают воздух.

— Но не нашу психику,— улыбнулся Трилли.

И тут вдруг рядом с ними появилась волшебница Нара.

— Ну что, не спится? — доброжелательно спро­сила она.

— Мы не разбудили тебя, Нара? — спросил Ялли.— Прости.

— Я уже давно проснулась. И не из-за вашего разговора. Просто защемило сердце.

— Да?

— Что-то беспричинное... Не то тоска, не то страх...— Нара улыбнулась.

— А разве волшебницы боятся? — спросил Трилли.

— Не знаю,— ответила Нара.— Я, например, пугаюсь только тогда, когда опасность реальная, ощутимая,— проговорила она с тревожно звеня­щими нотками в голосе.

— А здесь? — осторожно спросил Ялли.

— А здесь,— Нара снова улыбнулась,— здесь словно в старинном склепе или замке, где вот-вот должно появиться привидение.

— Да, и у нас похожее состояние,— сказал Трилли.

— Может, это из-за близости урановой руды. Ведь мы во владениях Колдуна,— предположил Ялли.

— Не думаю,— покачала головой Нара.

— Надо бы разведать, откуда ждать приведе­ний,— сказал Трилли.

Ялли зажег фонарик и подошел к борту. Сла­бенький огонек не пробивал темноты, а над черной бездной каньона не светились даже звезды.

— Вероятно, их скрыл поднимающийся из глу­бины каньона туман,— прочла мысли Ялли Нара.

— Надо осторожнее завтра, когда сойдем на бе­рег, идти по краю обрыва,— сказал Ялли.— Там, я вижу, кустарник какой-то странный. Будто без корней.

— Откуда ты знаешь?

— Чувствую.

— Я тоже,— сказала Нара.

Все трое стояли у борта. На секунду им показа­лось, будто там, на берегу, над кустами, проскольз­нуло что-то белесое, еле заметное в темноте.

Все трое напряженно вглядывались в темноту, боясь пошевелиться.

— Нет. Ничего, пожалуй...

— Почудилось...

— А как долго еще до рассвета!

Утром первым проснулся Трилли: кто-то коснулся его влажным, холодным носом и смрадно дохнул.

«Что это? Во сне или наяву?» — Трилли протер глаза и огляделся. Никого. Ни одной живой твари, только невысокие округлые кусты на краю берего­вого обрыва.

«Странные кусты — мохнатые пучки травы, при­жавшиеся друг к другу, как бильярдные шары»,— подумал Трилли.

Осторожно пристав к берегу, друиды стали схо­дить на землю. Трилли подошел к диковинному кустарнику. Пнул ногой один из кустов-шаров. Тот взмыл над обрывом и не упал, а плавно опус­тился вниз, подпрыгивая на ветру, как воздушный змей.

Трилли оглянулся.

— Ялли! — позвал он.— Ты видишь?

— Да.

Такой же диковинный пейзаж окружал их со всех сторон.

— Словно мы попали на другую планету,— сказала Нара.

Кусты, которые они видели с корабля, оказались мхом, высоким мхом. Его ворсистый ковер раски­нулся по всему скалистому уступу, всползая неров­ными стрелками на отвесную стену. Под ногами он издавал тихий, свистящий скрип, как стекло, если провести по нему мокрыми пальцами. Да и цвет его был непривычным, не свойственный мхам,— не зеленый или пепельно-серый, а васильковый.

— Может быть, в воде большое содержание меди? — предположил Ялли. Но тут же другое привлекло его внимание.— Деревья! — восклик­нул он.

Все друиды увидели эти деревья. Низкорослые, кривые уродцы, с обилием корней, цепляющихся как лапы, за камни, они росли даже на отвесных скалистых спусках. Листьев у них не было... Тон­кие рыжие ветви переплетались друг с другом, напоминая спутанные мотки ржавой проволоки. Росли они редко, а между корнями-лапами бугри­лись какие-то оранжевые образования, похожие на клубы густо посаженных цветов. Но вблизи оранжевая окраска сменилась розовой, цветы оказались не цветами, а пузырьками-грибами, плотно жавшимися друг к дружке.

Ялли осторожно ступил на край такой «клумбы», и произошло неожиданное: та, вздрогнув, подпрыг­нула и отскочила метра на полтора. Ялли выждал, что будет дальше, но ничего не дождался. «Клум­ба» осталась на новом месте, словно там и «цвела» вовеки.

Тогда Трилли проделал тот же опыт. И снова «клумба» отпрыгнула по прямой, ловко про­скользнув между скелетами деревьев.

Именно на скелеты деревьев были похожи уродцы, лепившиеся по уступам каньона, как выжженный лес, чудом устоявший, и после буше­вавшего когда-то пожара.

— Что это? — спросил Ялли у Нары.

— Похоже на мертвый лес,— ответила волшеб­ница.

Но лес был не совсем мертв. Рядом с уродцами- дедами подымались уродцы-внуки, подставляя солнцу свои ржавые ветки-проволочки. А «клум­бы» казались даже не растительными, а живот­ными организмами.

— Может быть, они всегда так лежат? — спро­сил Ялли.

— Как? — не понял Трилли.

— Ну... лежат, а не растут, пока их кто-нибудь не потревожит.

— Кто их тут может потревожить? — засмеялся Трилли. Ялли уже справился со своими страхами. Обилие диковинных неожиданностей приободрило его, возбудив острое любопытство. Ему захотелось поближе узнать этот удивительный мир.

— Не забывай, Ялли, что мы должны отыскать черепашек и помочь им одолеть Колдуна, отнять у него Огненный меч,— напомнила Нара.

— Почему ты думаешь, что Огненный меч у Кол­дуна? — спросил Ялли.

— Потому что я волшебница.

— Значит, он снова вернулся к Колдуну?! — вос­кликнул Трилли.— Что же теперь будет с чере­пашками?

— Ас нами? — заволновались друиды.— Что будет с нашей планетой? С нашими деревьями?

— Неужели Колдун опять уничтожит их, как было в древние времена?

— Успокойтесь! — сказала Нара.— Раз уж мы решили двигаться вперед, то отступать нельзя! Добрые силы света с нами! Они помогут нам!

И друиды двинулись дальше...

Пейзаж был все тот же: деревья-уродцы, шары- кусты, только вместо коврового синего мха торчали травянистые побеги, жесткие и колючие, как металлическая стружка.

— Хорошо, что мы все в сапогах! — похвалил себя за предусмотрительность Трилли.

Он сразу же подметил и другое: больше не было прыгающих оранжево-розовых «клумб», зато от дерева к дереву тянулись лианы, тоже не зеленые, а фиолетовые и тонкие-тонкие, вроде нейлоновой лески, и такие же крепкие — не разорвешь. Он попробовал это сделать и не смог, лишь запутался, как в паутине. А то, что могло играть паука, больше походило на птичье гнездо и появилось оно не сверху, а выкатилось из шаров-кустов, лежащих как и на верхнем уступе, по краю обрыва.

Именно выкатилось, а не выползло, потому что тоже было шаром. Но не растением, а явно тварью, фиолетовой как и ее паутина. Шар был величиной с большой арбуз, у него и полосы были, как у арбу­за, только не зеленые, а темно-лиловые. Из сере­дины шара высовывалась голова улитки, отнюдь не свидетельствовавшая об агрессивности твари.

Увы, впечатление было ошибочным, и Трилли тотчас же в этом убедился, когда шар вдруг оста­новился и прижался к земле, как кошка перед прыжком. В это мгновение Трилли нажал кнопку аннигилятора, шар стремительно прыгнул, из аннигилятора вырвалось пламя...

Что было дальше, Трилли уже не видел: от уду­шающего смрада, ударившего в нос, он потерял сознание.

Очнулся оттого, что Ялли лил ему на голову воду из стеклянной колбы для опытов.

— Не трать воду,— сказал Трилли.— Ее здесь, похоже, в чистом виде не найти.

— В каком смысле чистом? — переспросил Ялли.

— В прямом... В самом настоящем...— Трилли слабо улыбнулся.— Погляди-ка на эту тварь, на эти деревья-скелеты, на эти шары-кусты,— сказал он, вставая.— А там, наверху, прыгающие «клум­бы» видел? А гадость, которая на меня напала? Кстати, где она? Тьфу! — Его передернуло.— Разве можно найти здесь что-нибудь чистое и настоящее?

— Вы ищите животное? — спросила Нара.— От него остались одни клочья.

— Я использовал аннигилятор,— сказал Трил- ли.

— Вот...— Нара протянула Трилли синий комо­чек с остатками металлически поблескивающей фиолетовой корки.

— Почти металл,— постучал Трилли по ней пальцем,— только не знаю, какой.

— Медь, наверное,— сказал Ялли.— У всех спрутов в крови — медь.

— И у Колдуна тоже? — спросил маленький Ась.

— Скорее всего,— кивнул Трилли.

— Нет, корка — не медь,— усомнился в собст­венном заключении Ялли.— Я думаю, это что-то другое. Как он выглядит, этот зверь? Ты видел его близко, Трилли?

— Точь-в-точь как арбуз.

— Интересно... Что же они пьют, если здесь нет чистой воды?

— Может, на дне каньона? Проверим?

— Ты принимал таблетки от радиации? — спро­сил Ялли.

— Да.

— Сколько?

— Две.

— Проглоти-ка еще пару... Мой счетчик пока­зывает уже почти триста рентген, а ниже, думаю, будет больше...

— Силен Колдун,— фыркнул Трилли, глотая таблетки.

— Да. Радиация в этом каньоне повышается с каждым шагом,— сказала Нара.

— Уже триста семьдесят,— сказал Ялли, све­рившись с прибором, когда друиды спустились на десяток метров.— И обратите внимание на лес...

Уступ был здесь значительно шире, и лес сплош­ным массивом выстроился на краю.

— Не пробиться,— вздохнул Ась.— Тут Огнен­ный меч нужен, а не наши ножички...

— На следующем уступе уровень радиации смертельный — сказал Трилли.— На всех таблеток не хватит. Надо спускаться кому-то одному.

— Взгляну на сороконожку,— пояснил он.

— Какую еще сороконожку? — спросил Трилли.

— Я видел только что: величиной с хорька, в панцире, вроде как из фольги...

Но сороконожки на месте не оказалось. Ялли увидел примятый вокруг мох, возле скалистого выступа остались следы крупного хищника.

— Такой экземпляр! — чуть не заплакал Ялли.

— Арбуз-улитка и сороконожка — это мелочь,— прикрикнул на него Трилли.— А если появится тварь с бочку? Если на тебя прыгнет «клумба»? Что тогда?

— Тише Трилли,— остановила его Нара.— То, что ты называешь «клумбой», просто странствую­щая колония грибовидных организмов. По-моему, они не опасны.

— Здесь все опасно! — не унимался Трилли.— Ты, Нара, например, уверена, что синий мох, на котором мы стоим, не ядовит? Это же царство Высочайшего Колдуна! Я думаю, что нас еще ждут здесь большие неприятности... Кто теперь поможет нам? Где наши друзья черепашки? Где Огненный меч?

— Не унывай, Трилли,— успокоила его Нара.— Возьми-ка, съешь несколько плодов с дерева По­знания, из тех, что мы взяли с собой... И сердце твое прояснится,— улыбнулась она.— Да и неболь­шой отдых пойдет нам всем на пользу.

Проснулись все почти одновременно и в кро­мешной тьме.

— Уже ночь? — растерялся Ялли.

Трилли осветил маленьким фонариком часы.

— Половина второго. Проспали двенадцать часов.

— Ого! Этак мы до конца лунного месяца не найдем ни Огненного меча, ни черепашек...

Остальные друиды тоже возбужденно загово­рили между собой. Двенадцатичасовой сон, нава­лившийся на всех в этом неуютном месте, не осве­жил и не успокоил. Наоборот, взвинтил.

— Опять боюсь! — хныкал Ась.

— Так с ума сойдешь!

— Я же говорил: радиация...

— Какая еще радиация?

— Это же настоящий ад.

— Не глупи...

— А ты видел эту дьявольщину?

— Спроси у Трилли...

— Спроси у Нары...

— Я подавлен, друзья,— заявил Трилли.

— Попробуем зажечь костер,— вмешалась На­ра.

Красноватое пламя осветило шарообразные кусты и деревья-уродцы. Над каньоном по-преж­нему стояла ночь. И вдруг в непроглядной тьме, вспыхнули огоньки. Их можно было легко сосчи­тать— не больше десятка, неподвижные, иногда чуть-чуть смещающиеся, они висели на высоте роста друидов или повыше, на уровне вцепившихся в камни деревьев, и горели, не мигая, тусклым зелено-оранжевым светом.

— Чьи-то глаза,— раздался шепот Ялли.

— Вздор,— отозвался Трилли.

— Похоже на глаза,— сказала Нара.— Только чьи?

— А вдруг это здешние хищники? — высказал опасение Ялли.

— Те, что покрупнее — добавил Ась.

Трилли вскочил, выхватил из костра тлеющую головешку и бросился в сторону немигающих огоньков.

— Ждите, гады! — крикнул он, швырнув голо­вешку в темноту.

Огоньки погасли.

— Испугались! — сказал Ялли.

— Я ничего не понимаю,— пробормотал Ась.

Даже в свете угасающего костра было видно, что он дрожит, точно в ознобе.

Ялли схватил аннигилятор и приготовился на­жать кнопку.

— Не дури! — Трилли отнял у него прибор.— Их уже нет. Видишь — темно. Ни одного огонька.

Ялли обмяк и сел, едва не угодив при этом в костер.

— Надо уходить отсюда,— сказала Нара.

— Утром уйдем,— согласился Трилли,— я то­лько еще раз попробую спуститься в каньон.

В чаще кривобоких деревьев снова зажглись огоньки. Столько же как прежде, а может, и больше.

— Глаза...— шепнул Ась и съежился.

Глаза неподвижно, пристально наблюдали за ними.

— С этой штукой как-то легче дышать.— Ялли снова потянулся к аннигилятору.

Вдруг он встал, перепрыгнул через тлеющие угли и шагнул навстречу глазам-фонарикам. Теперь он знал точно — волны страха идут от них.

«Но кто же кого боится? Я их или они меня?» — 1 подумал Ялли.

Он сделал еще несколько шагов. Огни отодви­нулись, меняя места, уменьшаясь в объеме, пре­вращаясь из фонариков в светлячки, и совсем угасли, отступив в темноту. Ялли покрепче сжал аннигилятор и вздохнул облегченно.     .