Дерево Познания — стр. 34

ГЛАВА ПЯТАЯ

Они ступили в ночь, почти такую же темную, как подземный ход, по которому только что проби­рались. Небо было закрыто тучами. Ни одной из трех лун, ни звезд не было видно.

—    Нам надо поторопиться. Не то в полночь, если Хозяин Времени бросит в пламя Злого Огня плоды Познания, от волшебного сада друидов не останется ни одного дерева,— сказал Лео.

Дора извлекла из складок своей одежды зеркаль­це. Но лунного света, который дал бы ему жизнь, не было. Она видела только один из трех дисков, и то очень тускло. Дора повертела зеркальцем, поднесла к губам, но тщетно.

—    Что ты делаешь, Дора? — спросил Раф.

—    Хотела поговорить с силами древности. Но ничего не вышло. И все-таки мне кажется, что мы сейчас движемся на север.

Когда глаза привыкли к темноте, друзьям все же удалось кое-как разглядеть окрестности. Узкий лаз, в котором они провели ночь, выходил на склон, а под ним на восток и на запад простиралась до­лина.

—    Знать бы, куда теперь идти,— сказал Лео.— Где искать Тортона?

—    Я вижу блеск текучей воды,— сказала Дора уверенно.

—    Где? — усомнился Лео.

—    Идите за мной. Вон там, на нижних скло­нах, есть растительность, какие-то низкорослые деревья...

—    Но зачем нам идти к этой текучей воде? — спросил Дон.

—    Нужно идти туда, куда ведет тебя солнце,— ответила Дора.— Главное — сосредоточиться на цели...

Они двинулись вниз по склону.

—    Двурогие,— вдруг остановилась Дора.

Лео бросил на нее удивленный взгляд.

—    На западе,— указала она движением подбо­родка.— Их четверо. Пасутся.

Лео кивнул, оборачиваясь к друзьям и уже дер­жа меч наготове.

—   Не надо, Лео,— снова прошептала Дора.— Их нельзя трогать. Они безобидные.

—    Но где же Колдун или Тортон?! — нетерпе­ливо проворчал Раф.— Я никого не вижу, кроме этих двурогих.

Дора встала на колени и снова достала зеркаль­це. Его поверхность отразила свет трех лун. Дора посмотрела вверх и сказала:

—    Покажи мне Тортона!

Поверхность зеркала покрылась рябью, затем в глубине ее возникла туманная, едва различи­мая фигура.

«Далеко. И Тортон ли это?» — Дора не могла уловить четкого и внятного ответа.

—    Вблизи его нет,— сказала она, пряча зер­кальце.

—    Приехали! — горько усмехнулся Лео.— Что будем делать?

—    Может, разжечь костер? — предложил Мик­ки.

Едва он это сказал, как Дора вскочила на ноги и стала вглядываться в что-то по ту сторону до­лины.

—   Там...— прошептала она.

—    Кто? — так же тихо спросил Лео.

—   Человек, похожий на Тортона... Но лицо — Колдуна. Он приближается. У него странная одеж­да... Какие-то красные узоры... Как будто сквозь нее проступает кровь... Узор вспыхивает, угаса­ет и снова загорается...

—    Что еще? — поторопил ее Лео.

—   Я пытаюсь послать ему свою мысль-вопрос. Но ответа не получаю.

Тем временем уже хорошо различимый незнако­мец вытянул вперед руку. Его губы — толстые, презрительно усмехающиеся губы Колдуна — вы­щелкивали одно-единственное слово, тяжело про­летавшее в воздухе, как будто выпущенное из какого-то оружия:

—    Смерть!

Лео уже стоял на ногах, пригнувшись и крепко сжимая рукоятку Огненного меча.

—   Жизнь! — выкрикнул он, принимая вызов.

Не раздумывая, Дора выхватила зеркальце, ви­севшее на шнурке у нее на шее, раскрутила эту пращу в воздухе и...

Была ли это случайность, или вмешатель­ство сил, которые она вызвала неожиданно для себя самой? Как знать.

Из протянутого вперед пальца Тортона с лицом Высочайшего Колдуна вырвался огненный луч и ударил точнехонько в зеркальце. Многократно уси­ленное отражение луча вернулось обратно.

Черно-красная фигура исчезла в облаке пара.

—    Кто это был? — спросил Донателло, заметив жест Лео, который обозначал: конец, крышка.

—    Кто бы ни был, он пришел, чтобы убить,— произнес Лео.

—    Кого? — недоумевал Микки.— Тебя?

—    Всех. Все живое.— Лео провел рукой по мок­рому лбу. Он был потрясен.

—    Он хотел убить лучом, который послал,— тихо сказала Дора.— Хорошо, что луч попал в зеркальце.

—    Да! Но что было бы с нами, если бы зеркаль­це не отразило этот луч? — покачал головой Раф.

Лео, по-прежнему хмурый, сказал:

—   Здесь злая земля... Я не знаю, что делать... Не знаю...

Он не договорил: через реку перебирались, пере­прыгивая с камня на камень, какие-то странные существа.

—   Дон! Готовь распылитель! — крикнул Лео.

Дора в страхе закричала, увидев столь безоб­разные творения природы. Природы ли? То слиш­ком длинные, то слишком короткие ноги и руки, до ужаса деформированные лица...

Кошмарные существа, лишь отдаленно напоми­нающие людей, волной хлынули на берег и без звука напали на волшебницу и черепашек.

Дора схватилась за посох. У Лео все еще был в руках меч. Но это не сулило никакого шанса на спасение. Волю всех пятерых парализовала не­видимая сила, передаваемая, очевидно, через зло­воние.

Четырех- и шестипалые руки, бескостные щу­пальца цеплялись за них и валили наземь. Брезг­ливость, отвращение, с которым Дора смотрела на изуродованные тела и лица, ослабляли ее, лишали ее мысль силы.

Чудовища повалили их на землю. Дора содрога­лась от прикосновения этих ужасных рук. Микки, Раф, Дон и Лео не в силах были пошевелить­ся, тела их словно сковал невидимый панцирь.

Дора задыхалась. Она с трудом сохраняла со­знание. Ей крепко стянули руки и ноги, пока одно из этих мерзких созданий прижимало ее к земле. Хуже всего, что держала ее женщина. Нападав­шие были голы, если не считать грязных обрыв­ков ткани вокруг бедер. Женщины были так же аг­рессивны, как мужчины.

Молчание, с которым они напали, сменилось какофонией хрюканья, свиста, еще каких-то зве­риных звуков.

Дора, оказавшись в кольце нападавших, не виде­ла черепашек. Между тем торжествующие победи­тели позволили себе некоторое развлечение: дерга­ли пленницу за волосы, царапали ногтями — у кого они были, оставляя на ее теле кровавые полосы.

Она стала понимать, что между ними идет какой- то спор: дважды часть нападавших оттаскивала ее от воды, а другая с бормотанием и визгом отнимала и приносила обратно.

Дора ожидала появления Тортона, поскольку была уверена, что никто иной как он выпустил на них эту ужасную свору. Но никого, кроме этих отвратительных существ не было.

Один сунул в костер хворостину, покрутил ее в воздухе, чтобы конец разгорелся и подступил к Доре с явным намерением выжечь ей глаза. Но вто­рой, более рослый и тяжелый, прямо великан среди своих соплеменников, схватил его пальцами- щупальцами за горло и швырнул на землю. Стояв­шие у самой воды пронзительно закричали.

Великан набросился на тех, кто окружал Дору, разогнал их кулаками и пинками беспалых ног, схватил Дору за волосы и потащил к берегу. Там он взял ее поперек тела, прошел на глубину и бросил в воду.

Она упала, но не в воду, а в некое подобие лод­ки, которая угрожающе накренилась. В следующее мгновение в лодку свалились один за другим Лео, Микки, Раф и Донателло.

Лео лежал без движения, и Дора испугалась, что он мертв. Тело Рафа упало Доре на грудь и придавило ее ко дну лодки, где плескалась гряз­ная вода. Она силилась поднять голову, чтобы ей не захлестнуло лицо.

Лодка дернулась и поплыла, однако никто из кошмарных существ и не пытался в нее сесть. Пленников просто пустили по течению, связан­ных и беспомощных.

Подхваченная быстрым потоком лодка понес­лась вниз по реке. Поле зрения Доры было закрыто телом Рафа, так что на первых порах она видела только небо. Но затем с обеих сторон встали отвесные стены и заслонили большую часть неба: оставался лишь узкий просвет между темными ска­лами.

Время от времени лодка билась о какие-то препятствия, и Дора напряженно ожидала, что их суденышко перевернется или разобьется о скалы.

Ее руки были в воде, и Дора надеялась, что это ослабит узлы, поможет сбросить путы, но она боялась делать резкие движения, чтобы не на­рушить равновесие утлого суденышка.

Обрадовалась, услышав стон Лео, дыхание Ра­фа, бормотание Микки.

«Может, черепашки придут в себя, и тогда у нас будет больше шансов!» — подумала она.

Затем увидела на плече у Лео кровь.

— Лео!

Лео снова застонал, что-то слабо пробормотал Раф.

Но грохот воды заглушил эти звуки.

Воображение Доры понемногу освободилось от железных тисок, в которых она держала свои эмо­ции.

«Что ждет нас впереди? — думала она.— При такой скорости течения вряд ли удастся выплыть в этой лодчонке, а возможно, нас ждет падение с во­допадом в бездну...»

—   Лео! Раф! — снова позвала она, пытаясь при­вести друзей в чувство.

Каждое неосторожное движение могло привести к катастрофе. К тому же вода в лодке прибы­вала и плескалась уже у подбородка Доры. Если бы сдвинуть Рафа, она подняла бы голову повыше.

Тело Рафа дернулось, и вода плеснула Доре в лицо.

—    Осторожней! — крикнула она.

—    Где мы? — слабым голосом, но осознанно произнес Раф.

—   Мы все в лодке. Я частично под тобой. Здесь вода, а я не могу поднять голову.

Раф не ответил. Что-то пробормотал Лео.

Дора старалась высвободиться из-под тела Рафа или хотя бы освободить голову. Шея ее болела, и двигать ею становилось все труднее.

—    Раф, постарайся отползти вниз,— вдруг по­слышался вполне отчетливый голос Лео.

—    Хорошо. Будь готова, Дора...

Она глубоко вздохнула: Раф немного сдвинул­ся в сторону кормы. Лодка зачерпнула бортом.

Донателло и Микки тоже пришли в себя.

Вода прокатилась по лицу Доры, но каким-то чудом они не перевернулись.

—    Раф, еще чуток,— проговорил Лео.

Раф дернулся еще раз, и Дора наконец зады­шала свободно. Теперь она могла помочь другим.

—   Дон, приготовься. Я постараюсь подняться повыше...

Ее подбородок упирался в грудь Лео, зато лицо все было над водой. Она увидела, что Лео извер­нулся и лег поперек лодки. Течение было по-прежнему быстрым, но лодка, казалось, стала бо­лее устойчивой. Дора поняла, что сказалась пере­мена центра тяжести. Теперь она видела, что поток мчится по узкому ущелью меж очень высоких берегов.

«Даже удайся нам выбраться из воды, вряд ли бы мы смогли влезть на эти стены»,— подумала Дора.

Она снова предприняла попытку освободить свя­занные руки, и, к ее величайшему удивлению, уз­лы чуть-чуть поддались.

«Все-таки вода помогла».

—    Слышите, черепахи, я почти освободила ру­ки,— прошептала она.

—    Хорошо,— тихо проговорил Лео.

Глаза его были закрыты.

Между тем решимость и воля Доры росли. Бро­шенная на произвол судьбы, связанная, она все- таки на что-то надеялась.

—    Итак, первое дело — руки,— сказала Дора вслух.

Несмотря на боль в запястьях, она, то напря­гаясь, то давая себе передышку, расслабляла главный узел.

Лео не открывал глаз, и Дора подумала, что он снова потерял сознание.

—    Сколько еще продлится эта гонка по воде? — словно сквозь сон проговорил Донателло.

Дора еще немного приподняла голову и отме­тила про себя, что стены становятся ниже. Послед­нее усилие — и руки ее свободны. Затекшие паль­цы ничего не чувствовали, но, когда циркуляция крови начала восстанавливаться, Дора чуть не закричала от боли. Через силу заставляла себя сгибать и разгибать непослушные пальцы. Нако­нец, смогла приняться за узлы на лодыжках, где ремни глубоко врезались в тело.

Вспомнив, что чудовище, захватившие их, не обыскивали ее, пошарила за пазухой и достала из потайного кармана небольшой нож. Он чуть не выпал из ее бесчувственных пальцев, но как-то ей удалось перерезать ремни. Затем она посмотре­ла, что может сделать для черепах. Река между тем сузилась, и течение стало быстрее. Лодка бы­ла тупоносая, с высокими бортами. Похоже, у нее был деревянный каркас, обтянутый такой толстой кожей, что непонятно, какому животному она при­надлежала. Кожа была чешуйчатой снаружи, глад­кой изнутри и, вероятно, очень крепкой. Вообще же лодка была словно из иного, давно минувшего времени.

Дора чуть-чуть придвинулась к Лео и увидела, как глубоко врезались ремни в его руки. Руки- ноги других пострадали меньше. Она освободила всех друзей от пут и устроила поудобнее, на­сколько это было возможно.

— Но что мы можем сделать без весел, без ру­ля, без всяких средств управления лодкой? — вздохнул в темноте Микки.— Ты знаешь, Дора,— продолжал он,— когда эти чудовища связали нас, предварительно отдубасив своими палками, я поте­рял сознание... Но каким-то непонятным обра­зом, я помню, помню все то, что промелькну­ло перед моим мысленным взором в то время. Это была полная ясность сознания. Сначала пока­зались верхушки каких-то пальм, растущих как бы прямо из океана, а потом словно всплыл плоский диск острова... Я думал, что это — спасение. Небольшой остров окружали коралловые рифы вроде тех, что мы видели во время нашего путешествия на остров принцессы Ресниц. Но этот остров был словно необитаемым. Я видел себя лежащим в лодке. Вот так лежал и бессмысленно смотрел в небо. Иногда слышал какой-то гул. Надо мной проносились ракеты и звездолеты. Но заметить меня, конечно не могли. Я попытался грести. Но это почти не помогало. Мою лодку несло прямо к широкому проходу между рифами. Когда грохот прибоя остался позади, я увидел приближающийся берег. Я подплыл к косе. Помню вывернутые с корнем деревья, следы волн, забегавших далеко на сушу. Дно лодки заскрежетало по коралловому песку. Я вышел на берег и упал в тени первой же пальмы. Когда слабость прошла, огляделся. «Может быть встречу здесь робота», - почему-то подумал я. И крикнул вслух: «Эй, робот! Робот!» С минуту прислушивался. Кругом царила тишина, нарушаемая только шелестом пальмовых листьев и отдаленным шумом прибоя. Двинулся дальше. У первых деревьев зацепился ногой за валявшуюся проволоку. Немного дальше лежали пластиковые столбы, подмятые упавшим деревом. В чаще что-то зашелестело. Я остановился. Шелест повторился. Потом сквозь жужжание мух до меня долетело слабое потрескивание. В путанице ветвей ползло какое-то животное. Я раздвинул лианы, чтобы лучше его рассмотреть, и с отвращением попятился. Это был зверек величиной с кролика, весь покрытый слезящимися язвами. Задние лапы животного тащились за распухшим, израненным туловищем. Почувствовав мое присутствие, зверек повернул голову ко мне. Я испугался и с криком:  «Эй! Робот! Робот!» убежал.

Заросли поредели. Я вышел на край скалистой долины, отлого спускающейся к далеким голубым водам залива. Стал разглядывать беспорядочное нагромождение огромных, серого цвета фигур. Кубы, призмы, усеченные и ступенчатые пирамиды, лестницы из мрамора, прекрасные, но поврежденные временем статуи являли собой сущий хаос форм и размеров.

—  Робот! Эй! Робот! – снова стал кричать я.

Через минуту услышал ответ. Это было как звук сигнальной трубы. Я сел. Ждал, оглядывая берег. Вдруг понял, что вдоль песчаного берега тянется проволочное заграждение. И увидел робота. Он приближался очень быстро. Его назойливый сигнал звучал все громче. Было в нем что-то тревожное. Робот на полной скорости мчался ко мне. В последний момент сигнал умолк, и робот резко остановился. Я подошел к нему. Он вздрогнул и предостерегающе завыл.

—  Выключи сирену! - рассердился я. - Что случилось?

—  Немедленно беги! – крикнул робот. – Немедленно покидай остров! Здесь находится старое кладбище радиоактивных отходов. Беги отсюда! За рифы!

Я обратился в бегство. Колючие ветви рвали одежду, царапали кожу, хлестали по лицу. Не чувствуя боли, я пробирался к берегу, падал, поднимался. Казалось, сердце разорвет грудь, не хватало воздуха. Голубой берег становился все ближе. Наконец я упал, запутавшись в лежащей  на земле проволоке, и больше не мог подняться. Издалека доносился тревожный сигнал робота.

Я осознал только одно – надо как можно скорее броситься в воду и отплыть дальше в море, за рифы... Больше я ничего не помню,— закончил Микки.— Только плеск воды...

—    Ты посетил иной мир,— задумчиво произнес­ла Дора.— Возможно, это было какое-то предосте­режение нам всем... Если бы у меня была возмож­ность заглянуть в зеркальце, я бы тебе объяснила твое видение. Было бы не худо об этом поразмыс­лить...

Но размышлять Доре долго не пришлось. Потому что конец их путешествия был близок. Камен­ные стены вдруг оборвались, и они выплыли из каньона в долину — если это была долина, а не це­лая равнинная страна.

—    Сколько еще до полуночи? — поинтересовал­ся Микки.

—    Надо бы поспешить,— ответила Дора.— Но это не в наших силах. Будем уж двигаться так, как это возможно.

—   Куда же мы попали? — услышала Дора голос Рафа.

—   Я вижу ровную местность, покрытую чем-то вроде травы.

Поток, несущий их, бежал уже не так быстро, и путь его был отмечен кустарниками и мелкими деревцами — единственной растительностью, ко­торая возвышалась над травой. В остальном было темно и пустынно. Оглядевшись, Дора вздрогну­ла от внутреннего озноба.

Стон Лео снова привлек ее внимание. Тот открыл глаза и посмотрел на друзей вполне сознатель­ным взглядом. Дотронулся до раненого плеча, вздрогнул, а затем оглядел равнину.

—   Мы по другую сторону гор,— сказала Дора.— Нужно промыть твою рану, Лео.

—    Не надо. Это не опасно...— Он нахмурился и потер лоб.— Это был сон или мы действительно видели Тортона?

—   Мы видели Тортона с лицом Колдуна,— осторожно ответила Дора.

—    Значит, это не сон,— удрученно произнес Лео.— Как трудно иметь дело с силами, о су­ществовании которых большинство даже не по­дозревает.

—    Колдун создал себе целую рать злых после­дователей,— сказала Дора.— Чудовища, которые схватили нас,— не человеческого рода.

—    Ты думаешь, их напустил на нас Колдун? — спросил Микки.

—    Колдун или Хозяин Времени, неважно... Это одна и та же сила...

Донателло, глядевший вдаль, вдруг вскрик­нул: — То, что казалось стеной кустарника, теперь стояло прямо перед ними, беспрепятственно про­пуская воды реки под собой.

—    Это заградительный барьер, и лодка должна столкнуться с ним! — воскликнул Донателло.

Осторожно балансируя, он поднялся на колени, но понял, что, даже встав на ноги, не достанет до вершины барьера. Лодка снова угрожающе качнулась — это встал Лео.

—    Проплывем? — спросил он.

Дон пожал плечами.

Доре случалось плавать в горных озерах, но здесь на нее наводило страх быстрое течение.

«Может, лучше попробовать взобраться на барь­ер, когда мы столкнемся с ним? — думала она.— Однако сам барьер... Неизвестно кем и для чего он сделан».

Но оказалось, что выбора у них и не было. Как только лодка подошла к барьеру, откуда-то как бы прямо из воздуха упала сеть и накрыла ее вместе с пловцами. Дон и Лео пытались освободиться от сети, но из-за кустов и деревьев с обеих сторон появились люди. Нет, не прежние уроды - у них были красивые, с горделивой осанкой тела...

Дора позвала на помощь…

Но никто не откликнулся. В чем дело? Она всмотрелась в их лица. Это были пустые лица, без всякого выражения. В угрожающем молчании ловцы подтаскивали сеть к себе.

—  Это же люди… Живые существа, - проговорил Лео. – Что они хотят с нами сделать?

Дора покачала головой. Она чувствовала себя потерянной и беспомощной: ни о каком контакте с этой публикой не могло быть речи.

—  У них совершенно пустые лица… - только и сказала она.

—  Но почему? Как это объяснить? - недоумевал Раф.

—  Мне кажется, что все они во власти какого-то кошмара или столь сильной галлюцинации, что все полпытки разрушить ее бесплодны, - сказала Дора.

—  Значит где-то здесь и Хозяин Времени. Только он мог сотворить такое! – воскликнул Дон.

—  Они выглядят совсем как люди, - высказала Дора свою растерянность, - но это не люди… то есть не живые мыслящие существа.

Кто бы они ни были, ловцы прекрасно сумели воспользоваться силой течения и своей странной сетью, чтобы захватить пленников. Их было слишком много, чтобы наши друзья отказались от всяких попыток защищаться.